пограничник

Сейчас 242 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

КЁНИГСБЕРГСКИЙ ОРДЕНА ЛЕНИНА И КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ ПОГРАНИЧНЫЙ ОТРЯД, одна из самых наиболее прославленных воинских частей войск НКВД СССР и современной Пограничной службы ФСБ России, наследница боевой славы 95-го пограничного ордена Ленина пограничного полка войск НКВД СССР и 31-го пограничного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды пограничного полка войск НКВД СССР, соединение современного Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области.

Полное современное официальное наименование – 95-й пограничный Кёнигсбергский ордена Ленина и Красной Звезды отряд Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области (в/ч 2297).
Ежегодно празднуемый День части – 14 апреля.

Сформирован был на основании приказа начальника пограничных войск НКВД СССР от 20 сентября 1939 года на Украине - в местечке Ямполь-Волынский (ныне – город Ямполь) Винницкой области в составе четырёх пограничных комендатур, шестнадцати линейных и четырёх резервных пограничных застав и манёвренной группы: всего - 1800 человек личного состава, в том числе 210 лиц комначсостава, 240 – младшего начсостава и 1350 рядовых бойцов.
Базой для создания новой части послужил участвовавший в так называемом освободительном походе Красной Армии в Западную Украину 21-й Ямпольский пограничный отряд войск НКВД СССР Управления войск НКВД Украинской ССР. Кроме того, на укомплектование новой части тогда же поступило пополнение в количестве 680 призванных на действительную военную службу резервистов.

Первый командир – майор Л.А. Головкин (впоследствии – прославленный военачальник пограничных войск, полковник). Приблизительно в этот же период времени заместителем начальника отряда по политчасти был назначен батальонный комиссар Михаил Иванович Филиппов.

В октябре 1939 года 95-й погранотряд был передислоцирован в город Надворная, райцентр бывшей Станиславской, а ныне Ивано-Франковской области Украины, где принял под охрану 215,5-километровый участок Государственной границы СССР на её стыке с границами Румынии и Чехословакии (но на тот момент времени - территория восточной Словакии, оккупированная профашистской Венгрией).

Становление отряда как воинской части проходило не без сложностей. Так, в частности, откровенно формальный характер здесь в течение первых месяцев носила политико-воспитательная работа, что самым пагубным образом отражалось на общем уровне профессиональной подготовки личного состава. Как сказано в приказе НКВД СССР от 25 февраля 1940 года, подобное положение дел в результате привело к тому, что в силу недостатка бдительности в 95-м погранотряде был даже допущен факт разоружения его военнослужащих бандитами.

Если исходить из выводов, содержащихся в том приказе, на обе ноги хромала здесь и боевая учёба: «Качество специальной пограничной чекисткой выучки рядового и начальствующего состава находится не на должной высоте. Занятия проходят по шаблону, без достаточного использования положительного и отрицательного опыта работы отдельных застав и всего пограничного отряда в целом… Штабы комендатур и погранотрядов не сколочены и слабо руководят заставами, плохо организуются показ, помощь и контроль исполнения».

Последствием этого приказа стало снятие со своих постов, в том числе и с понижением в должности, целого ряда офицеров-политработников управленческого звена. В частности, от занимаемой должности как не оправдавший доверия был освобождён заместитель начальника отряда по политической части 32-летний батальонный комиссар М.И. Филиппов. Последний был направлен в аппарат штаба соседнего 91-го Рава-Русского пограничного отряда, где принял ниже стоящую должность заместителя начальника отдела. В данном качестве летом 1941 года он вступил в бои с немецко-фашистскими агрессорами и в одной из схваток пропал без вести…

В 1940-начале 1941 года отряд входил в состав Управления пограничных войск НКВД СССР, подчинённого по вертикале просуществовавшему меньше года Управлению войск НКВД Западного округа (штаб – г. Львов). Затем - вновь в составе возрождённого Управления пограничных войск НКВД Украинской ССР (штаб – г. Львов).
Как свидетельствуют архивные источники, в предвоенный период личный состав 95-го Надворнянского пограничного отряда войск НКВД СССР в зоне своей ответственности сумел выявить и разгромить в общей сложности двенадцать крупных и мелких банд, при этом семьдесят четыре боевика были захвачены живыми. Тогда же служебные наряды задержали с поличным при попытке нелегально перехода границы 5504 нарушителя, 107 из которых имели при себе оружие. Тридцать один человек из общего числа задержанных нарушителей госграницы впоследствии были изобличены органами госбезопасности как агенты зарубежных разведок, пробиравшиеся в СССР или с территории последнего со шпионской миссией.

В боестолковениях с членами незаконных вооружённых формирований безвозвратные потери в своих рядах несли, к сожалению, и сами «зелёные фуражки». Так, в январе 1941 году в бою с бандитами был убит сержант Виктор Евдокимович Дорофеев, а спустя неполных четыре месяца, 10 мая, – красноармеец-пулемётчик Василий Афанасьевич Журавель. Кроме того, в феврале 1941 года двое военнослужащих (стрелки красноармейцы Сергей Сергеевич Кузнецов и Иван Николаевич Мельников), находясь в наряде по охране Государственной границы, пропали без вести.

Начало гитлеровской агрессии против СССР отряд встретил под командованием подполковника Дмитрия Андреевича Арефьева (впоследствии – видный военачальник пограничных и внутренних войск, полковник). Его правой рукой являлись старший политрук Афанасий Михайлович Карпов (1907-29.08.1942), заместитель начальника отряда по политической части, и майор З.И. Левитин, начальник штаба отряда (но в ходе боёв лета-осени 1941 года - капитан Алексей Александрович Халевин).
Организационно 95-й Надворнянский пограничный отряд войск НКВД СССР к этому времени уже состоял из пяти пограничных комендатур (всего - 20 линейных и 5 резервных погранзастав; штатная численность каждой комендатуры - 320 человек), манёвренной группы (250 человек) и школы сержантского состава (70-100 человек). Плюс - подразделения боевого обеспечения и тыла.
Первые по своему номеру семнадцать линейных пограничных застав охраняли словацкий участок госграницы, а 18-я, 19-я и 20-я – румынский.

Общая же штатная численность отряда составляла 2158 человек при следующем табельном вооружении: 50-мм ротных миномётов – 30 единиц; станковых пулемётов «максим» - 60; ручных пулемётов – 122; винтовок – 1800. В небольшом количестве в части имелись и автоматы марки «ППД-40».
С началом Великой Отечественной войны 95-й погранотряд оказался на острие удара 8-го венгерского армейского корпуса, организационно состоявшего из четырёх пехотных бригад. Так, в 7.00 22 июня 1941 года бомбардировке с воздуха подверглась 5-я пограничная застава, дислоцировавшаяся в местечке Сивули. А в 13.00 пехотной ротой хортистов была атакована 12-я пограничная застава, дислоцировавшаяся в селе Ябловина. В последнем случае противника встретили кинжальным огнём два стрелковых отделения, усиленные расчётами двух станковых пулемётов. В результате венгры, потеряв около взвода убитыми, поспешно покинули советскую территорию.
С нашей же стороны потери за 22 июня 1941 года были минимальными – пропал без вести один военнослужащий: заместитель начальника одной из пограничных застав по политической части младший политрук Аркадий Николаевич Новосёлов.

В первые часы войны подчинённым подполковника Д.А. Арефьева удалось захватить и пленных: в их руки в полном составе угодил экипаж немецкого бомбардировщика, совершившего вынужденную посадку у посёлка Солотвин Богородчанского района. Впоследствии, оговоримся, уже где-то ближе к концу июня, воины девяносто пятого Надворнянского и сами сбили два гитлеровских бомбовоза - пикировщики «Ю-87», а произошло это, уточним, в ходе отражения пулемётным огнём с земли очередного налёта вражеской авиации на Надворную.
Более жарким выдался день 23 июня 1941 года. Так, уже утром шестьдесят венгерских и немецких солдат перешли границу у пограничного столба № 6, но, оказавшись в зоне интенсивного огня воинов 5-й пограничной заставы, поспешно отступили. Однако вскоре нападение повторилась, только на сей раз уже при поддержке танков. Не имевшая собственной артиллерии, застава была вынуждена под натиском противника оставить свой военный городок и, огрызаясь ответным огнём, отступить к лесу, на опушке которого и закрепилась. Здесь вражеские танки ей уже были не страшны.

В то же утро хортисты попытались было подвергнуть удару с воздуха остававшуюся для них со вчерашнего дня непреступной 12-ю пограничную заставу. Для этого был выделен самолёт-штурмовик. Однако открытый «зелёными фуражками» из всех видов табельного стрелкового оружия с земли плотный заградительный огонь заставил вражеского пилота при заходе на цель резко отклониться от курса. В результате бомбы были сброшены беспорядочно, а потому не причинили заставе никакого вреда.

Во второй половине дня 23 июня короткий, но жестокий бой разгорелся вблизи местечка Горготка. Это в схватку с четырьмя только что приземлившимися диверсантами-парашютистами вступил пограничный наряд, возглавляемый ефрейтором Ипатовым. Вражеских агентов, оказавшихся к тому же офицерами, удалось захватить живыми.
«С 22 по 26 июня на участке отряда спокойно. – Гласит журнал боевых действий 95-го погранотряда. - Наблюдаются полёты отдельных разведывательных самолётов противника. 23 июня начальник поста Ипатов задержал в районе села Горготки четырёх немецких офицеров, сброшенных на парашютах с самолёта».
Безвозвратные потери второго дня войны – два офицера из числа заместителей начальников погранзастав: лейтенант Титов (инициалы и соцданные неизвестны) - убит, а лейтенант Владимир Михайлович Тюриков - пропал без вести…

Утром 27 июня на территорию СССР на участке 13-й пограничной заставы, дислоцировавшейся в селе Вороненко, вторглась рота венгерской пехоты, но, не став углубляться, тут же у линии госграницы окопалась, после чего с дальней дистанции принялась обстреливать наблюдательную пограничную вышку. Нёсший на ней службу наряд дал достойный ответ провокаторам. Причём не только огнём из винтовок: красноармеец Боровиков, умело маскируясь в складках местности, по-пластунски подобрался к вражеским окопам и одну за другой метнул в них четыре ручных гранаты. Судя по многочисленным стонам раненых, венгры получили хорошую оплеуху. А вскоре они, даже не приняв бой, спасались бегством – к месту инцидента с заставы прибыла усиленная резервная группа численностью в тридцать штыков. Однако этот урок им, судя по всему, не пошёл впрок: в полдень, на том же самом участке они повторили вторжение, но вновь получили достойный отпор, причём на сей раз им даже не позволили зацепиться за советскую землю.

С треском провалилась и другая коварная затея врага - под покровом ночи заслать в военный городок 13-й пограничной заставы диверсантов-террористов: служебными нарядами те были выслежены и обезврежены когда ещё только пробирались к объекту своего предстоящего нападения.
На следующий день попытки расправиться с непокорной заставой продолжились. Так, в 13.00 её позиции атаковало до батальона венгерской пехоты.

Несмотря на свою малочисленность, застава стойко держалась более суток. И лишь в 16.00 29 июня её пограничники организованно отошли на три километра вглубь советской территории, где заняли более выгодную для обороны позицию. Поскольку хортисты шли по пятам, бой непрерывно продолжался до исхода суток, после чего застава по приказу, поступившему из штаба отряда, уничтожая за собой мосты, тоннели и другие встречающиеся на пути стратегически важные объекты, начала организованный отход в сторону города Надворная. Одновременно уже на подходе к Надворной, внезапно оказавшись в зоне боестолкновения полка Красной Армии с десантом противника, оседлавшим дорогу на Станислав (ныне – Ивано-Франковск), приняла участие в операции по разгрому этого самого десанта. В результате тех совместных усилий – стрелкового полка и погранзаставы – автомагистраль была разблокирована, а остатки десанта отброшены от неё сразу аж на четыре километра в сторону.

28 июня. Боестолкновение с противником было зафиксировано на участке 4-й пограничной заставы, дислоцировавшейся в окрестностях села Горгану: служебный наряд вступил в перестрелку с тремя венгерскими солдатами и вышел в ней победителем - один нарушитель границы убит, второй ранен и пленён, а третий обращён в позорное бегство в сторону сопредельной территории.

29 июня 1941 года – дата перехода венгерского корпуса в широкомасштабное наступление по всей линии советско-словацкой границы. Острие его удара при этом было направлено на 9-ю пограничную заставу, дислоцировавшуюся у села Поломы. Хортисты, как оказалось, давно и тщательно готовились к штурму её военного городка. Утром 29 июня они, скрытно выдвинувшись вперёд, блокировали его плотным кольцом – чтобы не один русский не спасся. В связи с этим не сложно представить, какое же их охватило бешенство, когда после столь тщательно выполненных манёвров, отнявших к тому же у них немало столь драгоценного для боевой обстановки времени, вдруг выяснилось, что… советских пограничников здесь и нет вовсе - военный городок пуст: русские, своевременно прознав об опасности и получив «добро» от вышестоящего командования, часом-двумя раньше скрытно ушли в сторону Надворной на соединение со штабом отряда.

Впопыхах кинулись было в погоню, но уже через несколько километров наткнулись на выставленные на пути Красной Армией мощные заслоны. 9-я погранзастава же тем временем, находясь в Надворной, с помощью приданных ей десятерых военных сапёров уничтожала все находящиеся как в этом городе, так и в округе стратегически важные объекты - чтобы те не достались врагу: нефтеперегонный и лесопильный заводы, электростанции, путевое хозяйство местной железнодорожной станции, военные склады…
Из Надворной в сторону Станислава она ушла 30 июня последней из числа войск гарнизона – ведя по дороге арьергардные бои.

В схватках с врагом 30 июня погибло и пропало без вести несколько воинов отряда и в их числе начальник одной из пограничных застав Сергей Петрович Пахлов.

30 июня 1941 по приказу командования 12-й армии Юго-Западного фронта 95-й погранотряд официально в полном составе был снят с охраны границы. Теперь ему предстояло действовать в качестве арьергарда отходящих с боями в сторону Винницы частей 44-й Киевской дважды Краснознамённой и 58-й Краснознамённой горнострелковых дивизий. В связи с этим для удобства управления штатными погранкомендатурами штаб отряда и подразделения боевого обеспечения и тыла были переформированы в две роты, поступившие в непосредственное подчинение командования 12-й армии, - сводную и автомобильную.

2 июля 95-й погранотряд в количестве 1952 штыков вошёл в оперативное подчинение частей 12-й армии Юго-Западного фронта: 1-я погранкомендатура – 44-й горнострелковой Киевской дважды Краснознамённой дивизии; остальные погранкомендатуры – 170-го горнострелкового полка 58-й горнострелковой Краснознамённой дивизии.

«2 июля 1941 года все подразделения отряда вошли в оперативное подчинение командования 12-й армии и, взаимодействуя с частями 44-й горнострелковой дивизии, отходят к старой границе», - это строки из журнала боевых действий 95-го погранотряда.

При этом в качестве основной подчинённым подполковника Д.А. Арефьева было поручено выполнение боевой задачи по обороне переправ, в том числе через реки Прут и Днестр, с которой они в целом справились успешно. В частности, в течение 1 и 2 июля, прикрывая южнее города Снятын современной Ивано-Франковской области отход 295-го горнострелкового полка, вела бой в полном окружении и, поскольку, как гласит архивный документ «командир 295-го стрелкового полка полковник Руднев забыл отдать приказ на отход заставе после выхода своих частей», героически погибла на своих позициях 17-я пограничная застава лейтенанта Василия Васильевича Тихоненкова (Тихоненко). Сорок пять её бойцов и командиров, вооружённые помимо винтовок, тремя автоматами ППД-40, двумя станковыми и тремя ручными пулемётами противостояли тогда не менее чем двум батальонам пехоты противника, усиленным пятью бронемашинами, одной артиллерийской и двумя миномётными батареями, шестью станковыми пулемётами, при этом пограничники, мужественно принимая смерть, сумели уничтожить до батальона пехоты, три бронемашины и восемь грузовиков.

Там же, у города Снятын, отличилась и 15-я пограничная застава старшего лейтенанта Кистанова, прикрывавшая отход 279-го стрелкового полка всё той же 58-й стрелковой дивизии: перейдя в ходе завязавшегося боя в контратаку, она разгромила здесь разведотряд противника. Хортисты от её решительных действий только убитыми тогда потеряли двадцать шесть человек. Кроме того, в плен был захвачен командир пехотной роты, а в качестве трофеев - две автомашины. «Зелёные фуражки» же потерь в том бою не понесли.
Также самоотверженно, обороняя мост через Днестр, 1-5 июля дралась на занимаемых позициях и 4-я пограничная комендатура старшего лейтенанта Гращенко (Геращенко). В результате через реку в этом месте успели переправиться основные силы отступающей с боями 12-й армии. В журнале боевых действий полка по этому поводу была сделанная такая запись: «В боях по прикрытию переправы из состава комендатуры погибли политрук Кузнецов, библиотекарь Трухин и 15 пограничников. Комендатура успешно выполнила поставленную задачу». Особенностью этой локальной оборонительной операции стала, совершённая в ночь со 2 на 3 июля вылазка одной из погранзастав комендатуры в тыл противника. Её итог - уничтожена миномётная батарея, нескольких огневых точек и до взвода вражеской пехоты.

А спустя несколько дней, оказавшись у местечка Ярмолинцы Хмельницкой области в кольце плотного окружения, подчинённые старшего лейтенанта Гращенко (Геращенко), как один поднялись в штыки, и, уничтожив в яростной схватке не менее роты венгерской пехоты, пять вражеских бронетранспортёров и двадцать грузовиков, благополучно прорвались через линию фронта к своим.
Сохранили архивные документы для нас и имя пулемётчика ефрейтора Климова: обороняя в составе своего подразделения село Залещики, он метким огнём уничтожил расчёт вражеского орудия, поставленного на прямую наводку, а также немало солдат из рядов атакующей пехоты.

Не раз выпало отличиться в те горячие дни июля сорок первого подчинённым подполковника Д.А. Арефьева и старшего политрука А.М. Карпова и на ниве охраны войскового тыла. Так, в частности, где-то ещё в порубежье с оккупированной хортистами Словакией 11-я пограничная застава лейтенанта Хохлова ликвидировала оказавшуюся у неё на пути вооружённую националистическую банду.

Выявила в зоне своей ответственности и уничтожила бандформирование бандеровцев численностью в полсотни штыков и 13-я пограничная застава лейтенанта Корниенко.
Около трёх десятков человек убитыми не досчиталась в своих рядах и другая бандеровская банда, орудовавшая на путях отхода частей 12-й армии. А столь сокрушительный удар по ней нанёс небольшой истребительный отряд пограничников, возглавляемый лейтенантом Кубасовым.

От боя к бою списочный состав отряда редел. Вот только несколько фамилий павших, почёрпнутые из Книги Памяти пограничных войск: 5 июля убит младший политрук Серафим Петрович Целых, а 9 июля - младший политрук Николай Макарович Колесников (должности обоих неизвестны); пропали без вести - лейтенант Григорий Иванович Цапалов (дата неизвестна) и старшина одной из пограничных застав старший сержант Николай Порфирьевич Тарасенко (16 июля)…

Краткая хроника последующих боёв.

13-18 июля. 95-й Надворнянский пограничный отряд войск НКВД СССР в составе других частей, подчинённых Отделу охраны войскового тыла 12-й армии Южного фронта, нёс службу заграждения и в данном качестве принял тогда участие в обороне городов Винница (10-16 июля), Гайсин (райцентр Винницкой области и Умань (Черкасская область), а также в уничтожении ряда крупных вражеских десантов, в том числе выброшенных противником в окрестностях насёленных пунктов Краснополка Винницкой области и Родниковка Черкасской.

24 июля. 2-я пограничная комендатура под давлением превосходящих сил противника была вытеснена из винницкого села Краснополка, однако на рассвете следующего дня, совершив дерзкую вылазку, отбила это село обратно, причём с большими потерями для противника: уничтожено до двух рот пехоты, а в качестве трофеев захвачено пять автомашин, два тяжёлых и пять ручных пулемётов. Подробности же этого боя зафиксированы в воспоминаниях бывшего начальника политотдела 10-й дивизии войск НКВД СССР по охране железнодорожных сооружений генерала в отставке Ильина: «С юга к Краснополке подошли пограничники. Они сходу бросились в атаку. Завязался смертельный поединок. В ход пошли гранаты, автоматы, револьверы, а потом штыки и даже кулаки. Много я видел боевых схваток, но такую – впервые. Пограничники бились бесстрашно. Гитлеровцев было раза в три больше, но никто из пограничников не дрогнул, не отступил. Рота фашистов была уничтожена одним ударом. Перебита была и вся прислуга вражеской батареи…».

К исходу тех же суток личный состав 95-й Надворнянского пограничный отряда войск НКВД СССР сосредоточился в треугольнике сёл Шабельная – Пархомовка - Капиевка, где до него был доведён изданный в этот же день приказ командующего 12-й армией: три погранкомендатуры из пяти штатных свести в сводный отряд под общим командованием подполковника Д.А. Арефьева с переподчинением командиру 13-го стрелкового корпуса (штаб корпуса - местечко Дашев Ильинецкого района Винницкой области), а двум другим погранкомендатурам и манёвренной группе совместно со штабом 21-го Ямпольского кавалерийского полка войск НКВД СССР и 2-й пограничной комендатурой 20-го Славутского пограничного Краснознамённого отряда войск НКВД СССР немедленно поступить в распоряжение начальника Отдела войскового тыла 12-й армии, но на правах сосредоточенного в посёлке Севастьяновка резерва командарма-12.

Из боестолкновений тех дней живыми не вышли профессиональный чекист младший лейтенант госбезопасности Григорий Викторович Медведев, занимавший в отряде должность старшего оперуполномоченного особого отдела НКВД (убит приблизительно 25 июля 1941 года в районе местечка Старый Дашев), два офицера в звании капитана - Андрей Яковлевич Шинкаренко, начальник одной из пограничных комендатур (пропал без вести, но дата неизвестна), и Василий Яковлевич Гуров (должность неизвестна; пропал без вести 25 июля 1941 года), а также начальник одной из пограничных застав старший лейтенант Николай Прокофьевич Самсонов (пропал без вести, но дата неизвестна).

28 июля. Все подразделения 95-й погранотряда сосредоточились в черкасском городе Умань, где воссоединившись, приступили к несению службы по охране войскового тыла 12-й армии. Однако уже на следующий день резко изменившася на фронте не в нашу пользу боевая обстановка заставила отряд в полном составе выступить на оборону стратегически важного для 12-й армии села Нерубайко Подвысоцкого района Кировоградской области.
Неравный бой продолжался здесь в полном окружении вплоть до 31 июля. В ходе него сложили свои головы несколько десятков пограничников и, в том числе, секретарь бюро ВЛКСМ части замполитрука Владимир Владимирович Гинжул (убит 30 июля), начальники пограничных застав лейтенанты Алексей Васильевич Алексеев (пропал без вести 30 июля 1941 года) и Александр Дмитриевич Дресвянкин (убит 30 июля).

1-7 августа. Стойко дрались в тылу врага несколько подразделений 4-й пограничной комендатуры отряда, оказавшихся в составе главных сил 12-й армии в Уманском котле. Общее командование ими взял на себя 37-летний уроженец Воронежской области майор Виктор Сергеевич Арцыбушев, являющейся по штатной должности начальником одного из отделений штаба отряда. Так, в частности, под его руководством пограничники девяносто пятого вплоть до четвёртого августа стойко обороняли переправу через реку Синюха, не давая тем самым гитлеровцам завершить операцию по окончательному разгрому остатков 12-й армии.

А 4 августа группа майора В.С. Арцыбашева, действуя в авангарде подразделений прорыва, с ходу овладела стратегически важным для нас селом Копенковатое, но, к сожалению, продвинуться дальше из-за плотного пулемётного огня не сумела. Все предпринятые, чтобы усилить напор, атаки, одна за другой заканчивалась полной неудачей. При этом пограничники понесли огромные потери в личном составе, в том числе в атакующих цепях погиб и сам майор В.С. Арцыбашев. Под давлением превосходящих сил пограничники отступили на исходные рубежи, где вскоре влились в одно из сводных подразделений штаба 10-й дивизии войск НКВД СССР по охране железнодорожных сооружений. Бывшая группа майора В.С. Арцыбашева из-за невосполнимых потерь в своих рядах окончательно перестала существовать 7 августа 1941 года, то есть в момент очередного, но на сей раз завершившегося успехом прорыва из кольца окружения. В частности, осколок вражеского снаряда нанёс тогда смертельное ранение в плечо 32-летнему политруку Павлу Ивановичу Назарову. Всего, по воспоминаниям выжившего в том пекле бывшего военкома 4-й пограничной комендатуры Григория Ивановича Глушкова, из района печально знаменитой Зелёной Брамы (окрестности села Подвысокое Кировоградской области) через линию фронта прорвалось в общей сложности полтора-два десятка пограничников из бывшей группы майора В.С. Арцыбашева. Остальные погибли на поле боя или угодили в плен…

Что же касается основного ядра 95-го погранотряда, то ему из Уманского котла удалось выскользнуть с минимальными потерями. Так, тыловые службы, благодаря разумной расторопности помощника начальника отряда по материально-техническому снабжению майора Силуанова, были выведены в безопасную зону Южного фронта ещё до того, как замкнулось кольцо вражеского окружения. А вот штабу отряда и находящемуся при нём большинству боевых подразделений удалось вырваться к своим с помощью военной смекалки: в ходе ночной атаки на прорыв впереди атакующих цепей были пущены полтора десятка тракторов, которыми пограничники не так давно разжились в одной из оставшихся на оккупированной территории украинских МТС и которые с того момента использовались ими на правах тягачей. Ползущие на них по полю с зажжёнными фарами трактора фашисты приняли за советские танки и в панике бежали…

Дальнейшее отступление осуществлялось по двум маршрутам: 1-я пограничная комендатура с арьергардными боями двигалась в направлении города Первомайска Николаевской области, а 2-я и 3-я – к переправам через Днепр, расположенным южнее города Запорожье. В стычках с врагов тогда, в частности, пропали без вести старший военфельдшер Емельян Васильевич Горносталь (5 августа) и политрук одной из пограничных застав младший лейтенант Иван Романович Родионов (8 августа).
К 8 августа 1941 года все подразделения 95-го погранотряда воссоединились, сосредоточившись в городе Никополе Днепропетровской области. Полученная боевая задача – охрана и обороны переправ, наведённых через Днепр в черте Никополя.

Пограничники оказались в числе немногочисленных защитников этого города, причём они продолжало упорно сражаться даже тогда, когда 17 августа 1941 года, прорвав нашу оборону, враг уже во всю хозяйничал на улицах Никополя. Так, в частности, 22-летний переводчик разведотдела отряда младший сержант Вульф Мурдухович Фишман, вооружённый автоматом и гранатами, добровольно остался на правом берегу прикрывать отход последнего катера с эвакуируемыми войсками. Прорваться к его позиции, оборудованной за брошенным трактором, фашисты сумели лишь после того, как вызвали к себе на подмогу танки…

После оставления Никополя 95-й погранотряд на протяжении месяца был привлечён к исполнению своих прямых функций по охране войскового тыла. В этот период, обороняя подвергшейся нападению вражеского десанта штаб 12-й армии, почти в полном составе погибла 7-я пограничная застава, во главе которой стояли лейтенант Фомин и политрук Новиков (соцданные на обоих неизвестны). Но были и другие безвозвратные потери: 28 августа убит 21-летний начальник одной из резервных пограничных застав лейтенант Николай Макеевич Максимишин, а 17 сентября - помощник начальника одного из отделов штаба отряда капитан Сергей Григорьевич Королёв. В поимённом списке потерь за сентябрь 1941 года немало и без вести пропавших. Вот лишь некоторые из фамилий: секретарь-переводчик старший лейтенант Фёдор Иванович Задворьев (Задорин), старший помощник начальника 5-го отделения штаба отряда лейтенант Александр Александрович Лежнёв, начальник одной из пограничных застав лейтенант Михаил Фёдорович Иванов, представители среднего комсостава (должности обоих неизвестны) лейтенант Александр Георгиевич Муравлёв и младший лейтенант Василий Иванович Никифоров…

Во второй половине сентября 1941 года подчинённых подполковника Д.А. Арефьева и старшего политрука А.М. Карпова командование Южного фронта вновь использует на правах пехоты: им приказано занять оборону по левому берегу Днепра в черте города Запорожье, прямо напротив острова Хортица.
Яркая строка в летописи обороны Запорожья – создание лейтенантом-разведчиком Львом Андреевичем Юхновцом, командиром внештатной оперативной группой отряда, на острове Хортица из местных комсомольцев истребительного отряда НКВД СССР. Это небольшое по численности добровольческое формирование затем в течение некоторого времени вело боевые действия под руководством пограничников.

Неоднократно в этот период воины 95-го пограничного отряда войск НКВД СССР участвовали и в вылазках на оккупированный фашистами правый берег Днепра. Одна из них, совершённая на борту рыбачьего баркаса в ночь с 21 на 22 сентября 1941 года разведгруппой, возглавляемой начальником столовой сержантом Бельмасом (бойцы – Гринёв, Ершов, Пономаренко и Собирайский), завершилась даже захватом крайне ценного «языка» в чине немецкого офицера. Забегая вперёд скажем, что уроженец Сумской области Украины Тихон Федотович Бельмас, к тому времени уже старшина по воинскому званию, сложит свою голову в боях по освобождению Тамани: он был убит 30 апреля 1943 года в районе станицы Марьянская Краснодарского края. На момент гибели ему было от роду только двадцать восемь…

Очевидно, именно в Запорожье личному составу части был оглашён приказ Наркомата внутренних дел СССР от 25 сентября 1941 года, в соответствии с которым прекращал своё существование целый ряд в/ч пограничных войск, в том числе 2-й, 12-й, 20-й, 32-й, 83-й, 86-й, 88-й, 94-й, 95-й, 97-й, 105-й, 106-й и 107-й пограничные отряды, 42-й и 43-й резервные пограничные полки, 2-я, 3-я, 4-я и 5-я отдельные пограничные комендатуры. Но отдельные из перечисленных выше пограничных отрядов, специально оговоримся, чуть позднее всё же будут переформированы в пограничные полки войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии и в их числе - бывший 95-й Надворнянский. Однако в силу складывающейся на фронте боевой обстановки вплоть до конца ноября-начала декабря сорок первого некоторые из частей, подлежавших расформированию или переформированию, продолжали сражаться в прежнем составе, сохраняя при этом и своё прежнее наименование, и в их числе – опять-таки же 95-й Надворнянский пограничный отряд войск НКВД СССР. К примеру, в ночь с 28 на 29 сентября 1941 года де-юре уже не существующий, но де-факто продолжающий вести активные боевые действия 95-й Надворнянский пограничный отряд войск НКВД СССР получил новую боевую задачу от командарма-12: оставить занимаемый рубеж в Запорожье и немедленно выступить в район, вплотную примыкающий к северо-восточной окраине Днепропетровска, чтобы занять здесь оборону по руслу реки Самара на участке Новоалександровка - Лиманское. Однако уже в ходе марша поступил новый приказ: место назначения – город Синельнеково, районный центр Днепропетровской области, где совместно с придаваемыми в качестве усиления 15-й танковой бригадой и артиллерийской батареей приступить к организации обороны.

На место прибыли вечером 1 октября и немедленно начали возведить вокруг Синельниково (у железнодорожной ветки и шоссе, ведущих в Днепропетровск и Ново-Московск) оборонительные рубежи, а также оборудовать у села Цыгановщина, расположенного в семи километрах юго-восточнее, - тылового района. Под штаб отряда было выбрано здание местной городской школы.

Утро не принесло добрых вестей: как выяснилось, из обещанных вышестоящим штабом частей и подразделений усиления в район Синельниково прибыла только артиллерийская батарея, а вместо танковой бригады - один единственный бронеавтомобиль. Вдобавок, соседей справа нет, а слева – изрядно потрёпанное в предыдущих боях сводное подразделение пехоты численностью не более трёхсот штыков. Итого в общей сложности около тысячи штыков против изготовившейся к броску на Синельниково хотя и изрядно потрёпанной в предыдущих боях, но, тем не менее, ещё не растерявшей всей своей броневой мощи 14-й танковой дивизии из моторизованных полчищ фон Клейста!

В течение всего 2 октября две высланные в направлении противника разведгруппы отряда вели активный боевой поиск, при этом одна из них, возглавляемая бесстрашным лейтенантом Л.А. Юхновцом, на приданном броневичке изловчилась под покровом вечерних сумерек беспрепятственно проникнуть в центр уже оккупированного противником села Раевка, где в ходе короткого боестолкновения захватила «языка» в чине лейтенанта танковых войск вермахта. Правда, последний по дороге в Синельниково умер от большой потери крови.
Поздним вечером приданная отряду артбатарея получила приказ от своего командования о передислокации на другой участок фронта. Чтобы хоть как-то загладить свою «вину» перед пограничниками, её командир приказал подчинённым дать три залпа по выявленным минувшим днём скоплениям немецко-фашистских войск.
35 лет спустя бывший начштаба отряда подполковник в отставке Алексей Александрович Халевин вспоминал: «Хотелось бежать за ними [артиллеристами] и кричать: что же вы делаете? Зачем нас оставляете одних против громады фашистских танков?»…

Ранним утром 3 октября неожиданная поддержка пришла от советской авиации: несколько краснозвёздных штурмовиков на глазах воспрянувших духом пограничников нанесли пулемётно-бомбовый удар по передовым частям немцев. Противник понёс существенные потери, однако от ранее назначенного наступления на Синельниково не отказался. Уже вскоре, маскируясь в последних клубах утреннего тумана, его моторизованные колонны начали организованное движение на Синельниково. Первыми в бой вступали выдвинутые далеко вперёд уступом и усиленные двумя станковыми и тремя ручными пулемётами 10-я и 12-я пограничные заставы. Они не только остановили врага на своём рубеже обороны, но и после жестокой рукопашной схватки даже обратили его в позорное бегство.
В 10.00 противник начал артподготовку, а по её окончанию бросил в атаку танки и бронетранспортёры с гренадёрами.

Острие удара пришлось на позиции 2-й пограничной комендатуры в составе 5-й, 6-й, 8-й линейных и 9-й резервной пограничных застав. Хотя и ценой немалых потерь в своих рядах, её воинам всё же удалось сдержать этот яростный напор. Около их окопов остались догорать четыре танка из семи начинавших атаку и один бронетранспортёр.

В последующие полтора-два часа 2-я погранкомендатура отразила ещё две атаки противника.
Жарко пришлось и личному составу 3-й пограничной комендатуры и манёвренной группы, совместно оборонявших северо-западную окраину Синельниково. Однако и на этом участке пограничники не только выстояли, но и штыковым ударом отбросили противника далеко назад.

Окончательно исход боя 3 октября 1941 года в нашу пользу решил очередной налёт советских штурмовиков…
Как указывает в своих мемуарах бывший командующий Южным фронтом генерал-лейтенант в отставке Д.И. Рябышев («Первый год войны». - М.: Воениздат, 1990. - 255 с. - Военные мемуары./Литературная запись В.М. Зоткина/Тираж 50000 экз. ISBN 5-203-00396-3.; стр. 11), «к сожалению, на других участках фронта события развивались не в нашу пользу… На участке Богуславка, Раевка, Георгиевна части 261-й стрелковой дивизии и 95-го пограничного отряда до последней возможности отстаивали свои позиции, испытывая недостаток боеприпасов. Превосходящие силы противника оттеснили их на западную окраину Синельниково. С наступлением темноты танковые части врага захватили окраину станционного посёлка».

Упорно обороняться на занимаемых рубежах подчинённые подполковника Д.А. Арефьева и старшего политрука А.М. Карпова продолжали вплоть до 5 октября 1941 года, причём даже того, когда оказались в окружении. Свои позиции они оставили только лишь после того, как, наконец-то, получили приказ об отходе.

Общий итог пятидневной операции по обороне Синельниково: уничтожено двенадцать танков и пятнадцать танкеток, девять автомобилей, из которых восемь – грузовики, плюс до батальона живой силы врага.
Через линию фронта прорывались, хотя и разрознено, но организованно, о чём хотя бы свидетельствует дневниковая запись уже представленного выше майора Силуанова бывшего помощника начальника отряда по материально-техническому снабжению: «По инициативе комиссара Карпова весь транспорт в начале боя был переведён в Цыгановщину. Это спасло его от гибели. Из Синельниково можно было уходить только пешим строем. Всё шло как будто нормально. Продвигались, прячась в камышах и кукурузе. Вот уже и лесопосадки. Но в районе Цыгановщины путь перерезан семнадцатью танками. Такое во сне не приснится, и то страшно. Что и говорить, переживаний было немало. Двое суток росинки в рот не взяли. Двое суток брели в такой обстановке 180 пограничников. Вышли на Васильевну, где наконец застали свой штаб».

О потерях, которые понёс в районе Синельниково 95-й погранотряд, можно судить из текста письменного доклада командования Управления охраны войскового тыла Южного фронта «О боевой деятельности и морально-политическом состоянии пограничных войск за 1-10 октября 1941 года: «По предварительным данным в этом бою большие потери в личном составе понесла манёвренная группа – около 70 процентов. Бойцы и начальствующий состав мужественно сражались, нанося противнику существенные удары и героически умирая на поле боя».

Начиная с осени 1983 года красными следопытами средней школы № 3 города Синельниково в ходе поисковой экспедиции были подняты со дна старых окопов останки сорока восьми павших здесь в октябре сорок первого воинов-пограничников. Останки пятерых удалось идентифицировать по «смертным» медальонам. Вот фамилии этих отважных защитников Родины: Бродяной (Бородяной) Николай Семёнович, начальник одной из пограничных застав, старший лейтенант; Гладышев Николай Михайлович, красноармеец; Ермилин Алексей Ефимович, стрелок, красноармеец; Зема Борис Константинович, шофёр, красноармеец; Цыганчук (Циганчук) Василий Арсентьевич, начальник 5-й пограничной заставы, лейтенант. При этом красноармеец Б.К. Зема успел оставить и предсмертную записку: «Погиб за Родину. За коммунизм».

Книга Памяти пограничных войск называет и другие фамилии павших героев боёв по обороне Синельниково: старший помощник начальника 5-го отделения штаба отряда старший лейтенант Г.Н. Козьмовский, заместитель начальника погранкомендатуры старший лейтенант К.Т. Сарычев (Саричев), начальники штабов погранкомендатур капитаны Д.В. Воронин и М.М. Юров, военный медик военврач 3 ранга С.В. Емиленко (Емеленко); политработники старший политрук М.П. Коновалов, политруки В.А. Корсун, Ф.А. Кузьмин и В.В. Чеканов, младшие политруки Г.А. Новиков и К.Ш. Танотаров, начальник манёвренной группы отряда лейтенант А.Н. Можаренков и его штатный помощник старший лейтенант Н.Е. Смирнов, начальник одной из пограничных застав А.И. Тарелкин, помощники начальников погранзастав лейтенант И. Курбатов (в Книге Памяти пограничных войск почему-то не значится), младшие лейтенанты В.Т. Зелепукин (Зеленухин) и Н.М. Красицкий…

Вышедшему из окружения из-под Синельниково 95-му погранотряду долго отдыхать и приводить себя в порядок не дали. К 8 октября он уже был временно разделён на две боевые группы. Первая – основное ядро части во главе с подполковником Д.А. Арефьевым и старшим политруком А.М. Карповым; задача – в составе отступающих войск двигаться с арьергардными боями по маршруту: Красноармейск – Кураховка – Павловка – Б. Янисоль – Поповка – Чермалык (все - на территории современной Донецкой области Украины).

Вторая – сводное подразделение из двухсот бойцов и командиров во главе с начальником штаба 1-й пограничной комендатуры капитаном Яковом Гавриловичем Брованем и политруком Шелупенко; задача - поступив в подчинение командира 15-й танковой бригады полковника Максима Васильевича Колосова, в качестве десанта, посаженного на броню, совершить рейд по тылам левого растянутого фланга 1-й танковой армии вермахта, двигаясь при этом по маршруту: Красноармейск (Донецкая область) – город Гуляйполе – село Чубаревка (оба - Запорожской области) – село Павловка (Донецкая область).

Некоторые подробности содержатся в мемуарах бывшего командующего Южным фронтом генерал-лейтенант в отставке Д.И. Рябышев «Первый год войны» (стр. 119): «Частным распоряжением командиру 15-й танковой бригады полковнику Колосову я приказал сформировать группу в составе 2-й и 15-й танковых бригад. 2-го и 95-го погранотрядов, 521-го противотанкового артполка и миномётного дивизиона М-13 майора Воеводина. Эта группа поступала в моё непосредственное подчинение. Группе полковника Колосова предстояло нанести удар во фланг неприятельской танковой группе в направлении на Гуляйполе, Пологи и по выполнении задачи отходить в район Павловки (30 километров северо-западнее Волновахи)».

Рейд проходил в период с 8 по 12 октября 1941 года на броне тридцати трёх танков. Некоторые итоги участия в нём пограничников 95-го отряда: в районе Гуляйполе, на шоссе Рождественское – Чубаревка разгромлена немецкая штабная колонна, в результате чего захвачено немало ценных документов и даже шинели немецких генералов; в ходе внезапного ночного нападения разгромлен гарнизон села Чубаревка и здесь же освобождены свыше сорока пленных красноармейцев.
Герои рейда - капитан Я.Г. Бровань, политруки Шелупенко и Булаенко, старшие лейтенанты Герасименко, Ипатов, Корниенко и Челноков.

Обе боевые группы вновь воссоединились 12 октября 1941 года в селе Павловка Донецкой области.
С 14 октября 1941 года – 95-й Надворнянский пограничный отряд войск НКВД СССР вновь в тяжёлых оборонительных боях. На сей раз ему приказано было занять и удерживать рубеж, проходящий по правому берегу реки Кальмиус вблизи районного центра Старобешево.

Первыми в схватку вступили регулярно высылаемые в предполье разведгруппы. Это случилось 16 октября в трёх километрах от села Николаевка Старобешевского района: два стрелковых отделения во главе с 31-летним начальником резервной заставы старшим лейтенантом Филиппом Григорьевичем Лягушей преградили путь вперёд колонне вражеских разведывательно-дозорных бронеавтомобилей. В неравном поединке погиб офицер Ф.Г. Лягуша и несколько бойцов. Оставшиеся в живых вынуждены были рассеяться по полю, но и враг, после понесённых потерь, вынужден был повернуть назад…

На рассвете 17 октября 1941 года тела павших были подобраны боевыми побратимами и с отданием воинских почестей погребены на окраине села Стыла. Теперь на этом месте воинский мемориал.
16 октября 1941 года был убит и командир взвода связи отряда младший лейтенант Иван Кондратьевич Кузьменко.
28-31 октября 1941 года. Отряд ведёт оборонительные бои на высоте 277,9, известной больше как курган Саур-Могила (район хутора Петровский), а 31 октября–4 ноября 1941 года – по левому берегу реки Миус (восточнее села Дмитровка Шахтёрского района).

4 ноября 1941 года остатки отряда были выведены в резерв командующего 18-й армией Южного фронта: сначала – в Орехово, а затем в Красную Поляну современной Луганской области Украины.
Последний свои бои в качестве 95-го Надворнянского пограничного отряда войск НКВД СССР в/ч подполковника Д.А. Арефьева и старшего политрука А.М. Карпова провела 17-23 ноября 1941 года Действовать ей тогда пришлось в составе Боевой группы войск НКВД СССР полковника Раевского, которая включала в себя также сводные подразделения украинской милиции и 43-й резервный пограничный полк, который, к слову, как и 95-й погранотряд, согласно приказу НКВД СССР от 25 сентября 1941 года, подлежал расформированию. Задача Боевой группы, полученная от командования 18-й армии, – во что бы то ни стало овладеть селом Дьяково Луганской области.


Подробности боя 95-го погранотряда за луганское село Дьяково содержатся в корреспонденции ежедневной красноармейской газеты 18-й армии Южного фронта «Знамя Родины» от 28 ноября 1941 года: «…События развивались так. С 17 ноября часть Раевского методически брала сопку за сопкой, высоту за высотой. Наконец и безымянная высота перед нашими бойцами. Шквал огня и металла фашисты обрушили на наши атакующие цепи…
Ударная группа майора-орденоносца Грищука прошла через боевой порядок одной нашей части и с боем начала продвигаться по долине реки Нагольчик к сулее Дьяково. Густой кустарник по обоим берегам помогал пограничникам. Но бой был напряжённым и жестоким. Группа Грищука двигалась по узкому коридору между немецкими частями, которые закрепились на высотах по обе стороны реки и взяли её под перекрёстный огонь. Но пограничниками владело одно слово – вперёд! Бой шёл целый день и весь день они шли вперёд, только вперёд.
…В 7 часов 30 минут утра 3 ноября Грищук со своими бойцами ворвался в село и стал его очищать от немцев.
Фашисты удирали, бросая всё. Было захвачено 3 станковых пулемёта, 25 ящиков гранат, много мин, 15 тысяч патронов.

Но основные бои в этот день развернулись не в самом селе, а на высотах вокруг него. Дело в том, что группа Грищука зашла противнику в тыл и, когда немцы под нажимом подразделений Петрунина начали беспорядочно откатываться с высот, бойцы Грищука встретили их огнём. Удар для фашистов был настолько неожиданным, что первая их группа замахала винтовками: свои, мол, чего стреляете. Из полсотни фашистов уцелело лишь 18 человек.

Мимо группы Грищука за эти несколько часов пытались отступить от 25 до 50 человек. 150 было истреблено».
В боях за село Дьяково полегло немало воинов-пограничников и, в том числе, военком погранкомендатуры политрук Павел Григорьевич Юрасов (убит 23 ноября), помощник начальника штаба погранкомендатуры старший лейтенант Николай Васильевич Ермолов (убит 23 ноября), помощник начальника погранзаставы младший лейтенант Иван Егорович Ортяков (убит 23 ноября), красноармеец Николай Ильич Южбабаенко (пропал без вести 23 ноября) и многие, многие другие.


В Книге Памяти пограничных войск, кроме того, значатся фамилии и нескольких офицеров 95-го погранотряда, дата (и даже месяц) выбытия которых в 1941 году из списков части просто неизвестна. Это лейтенант Василий Емельнович Попов, младшие лейтенанты Василий Терентьевич Павлик, Александр Владимирович Смирнов и младший политрук Александр Семёнович Комаров.

На 28 ноября 1941 года, согласно архивным документам, во главе продолжавшего существовать как самостоятельная воинская часть 95-го Надворнянского пограничного отряда войск НКВД СССР стояли: подполковник Дмитрий Андреевич Арефьев – начальник; батальонный комиссар Афанасий Михайлович Карпов – военный комиссар; капитан Алексей Александрович Халевин – начальник штаба.

Как надо полагать, в самом конце ноября-первых числах декабря сорок первого остатки 95-го погранотряда наконец-то были влиты в воинскую часть, которая уже, как минимум, месяц являлась… его правопреемником, - 95-й пограничный полк особого назначения войск НКВД СССР Управления охраны войскового тыла Южного фронта.
Данный полк, уточним, был сформирован к 1 ноября 1941 года в станице Глубокая Ростовской области на основании постановления Военного Совета Южного фронта, изданным в свою очередь во исполнение уже неоднократно озвученного выше приказа НКВД СССР от 25 сентября 1941 года.

Базой для создания этой новой в/ч послужили военнослужащие не только самого 95-го погранотряда, но и других подлежащих расформированию на основании всё того же приказа НКВД СССР от 25 сентября 1941 года частей войск НКВД СССР - 43-го резервного пограничного, 21-го Ямпольского кавалерийского и 157-го стрелкового полков, 2-й, 3-й, 4-й и 5-й отдельных пограничных комендатур, а также 3-й погранкомендатуры 2-го Каларашского пограничного отряда.

Кстати, в составе 3-й погранкомендатуры 2-го Каларашского пограничного отряда войск НКВД СССР в ряды 95-го погранполка влился осенью сорок первого и замполитрука Василий Ильич Утин (17.12.1918-10.12.1941) - будущий прославленный в отечественных войсках правопорядка Герой Советского Союза.
Организационно новая часть включала в себя три мотострелковых батальона, четыре (три сабельных и пулемётный) кавалеристских эскадрона (но не сведённых в кавдивизион), бронетанковую роту, миномётную роту (шесть 82-мм миномётов образца 1937 года), роту автоматчиков, две артиллерийские батареи - полковую на конной тяге (шесть 76-мм пушек образца 1927 года) и противотанковую на автомобильной тяге (четыре 45-мм пушки образца 1937 года), а также подразделения боевого обеспечения и тыла.

Командиром полка был назначен майор-орденоносец Сергей Максимович Фадеев (впоследствии – крупный военачальник внутренних войск, генерал-майор), военным комиссаром – депутат Верховного Совета СССР 1-го созыва батальонный комиссар Арчил Семёнович Майсурадзе (впоследствии – высокопоставленный советский политработник, полковник, в частности, был военком Отдельной мотострелковой бригады особого назначения войск НКВД СССР [см. – Отдельный отряд особого назначения НКГБ СССР] и начальником политотдела сформированной войсками НКВД СССР для Красной Армии 140-й стрелковой дивизии; в отставку был уволен из аппарата Главного политического управления Советской Армии и Военно-Морского Флота ЦК КПСС), заместителем командира по строевой части – майор Степан Елисеевич Капустин (впоследствии – прославленный военачальник пограничных и внутренних войск, полковник), начальником штаба – майор Николай Павлович Строителев (впоследствии – на ответственных постах в Главном управлении войск НКВД СССР по охране тыл действующей армии, полковник).

Что же касается командования бывшего 95-го погранотряда, то его представители из числа первых лиц в декабре сорок первого убыли к новым местам службы. Так, в частности, подполковник Дмитрий Андреевич Арефьев получил назначение на должность начальника штаба Управления пограничных войск НКВД Приморского округа. Впоследствии он, в том числе и в течение всего хода советско-японской войны, возглавлял штаб Управления войск НКВД СССР по охране тыла действующей Красной Армии на Дальнем Востоке.
Батальонный комиссар Афанасий Михайлович Карпов продолжил бить ненавистного врага, но уже в качестве военкома 282-го стрелкового полка 10-й стрелковой (впоследствии – Сталинградская ордена Ленина) дивизии войск НКВД СССР. Он погиб смертью героя 29 августа 1941 года в ходе героической обороны Сталинградского тракторного завода: когда контратака одного из стрелковых батальонов было остановлена плотным пулемётным огнём, батальонный комиссар А.М. Карпов, бросился на противника во главе танкового экипажа. Танк, в котором он находился, смял гусеницами проутюжил вражеские пулемётные гнёзда, в результате чего залёгший было батальон поднялся в штыковую. Фашисты позорно бежали. Однако сам герой-военком из боя не вернулся – борт танка разворотил вражеский снаряд.

После Победы благодарные потомки присвоили имя батальонного комиссара А.М. Карпова одной из улиц Тракторозаводского района города-Героя Волгограда.
Но вернёмся к 95-му погранполку. 17 ноября 1941 года, согласно приказу командующего Южным фронтом, он приступил к выполнению боевой задачи, связанной с охраной войскового тыла 12-й армии в окрестностях Луганска. Однако уже 25 ноября, выполняя новый приказ командующего фронтом, совершил марш в район донецкого города Дебальцево, чтобы сражаться здесь на правах пехоты: 5 декабря 1941-13 февраля 1942 гг. – в оперативном подчинении 74-й стрелковой Таманской дивизии 12-й армии, а с 13 февраля по 23 марта 1942 года – как самостоятельная в/ч армейского подчинения.

5 декабря 1941 года полк закрепился на рубеже Кондратьевский рудник – Софьино-Раевка – Ольховатка (искл.), который, говоря языком архивного документа, внешне напоминал «как бы отрезок окружности, в центре которой находился населённый пункт». А уже на рассвете следующего дня пограничникам выпало принять боевое крещение: в решительное наступление на данном направлении перешла свежая пехотная дивизия врага – 52-я итальянская «Торино».

Основной удар тогда пришёлся на правый фланг нашей обороны: в 16.00 со стороны города Орджоникидзе (ныне – Енакиево) до двух батальонов вражеской пехоты обрушилось на 3-ю мотострелковую роту старшего лейтенант Стриженкова, выполнявшую роль боевого охранения на высоте 274,6. Подразделение несло потери, при этом один из его взводов очень скоро оказался отрезанным от своих. Однако паники в рядах попавших в окружение не было никакой. Заняв круговую оборону, они упорно продолжали сражаться и в итоге победили: сковав у своих позиций основные силы атакующих, они, тем самым, позволили своему батальону перегруппироваться для нанесения неожиданного контрудара, который возглавил лично комбат капитан Михаил Васильевич Курбатов. В итоге уцелевшие итальянцы к 18.00 были отброшены далеко назад.

Всего 3-й мотострелковой ротой в этот день было истреблено до 90 итальянцев.
Свой яростный натиск противник неустанно продолжал наращивать и во все последующие дни. При этом он неизменно имел тройной, а порой и пятикратный перевес в силах и огневой мощи. Так, он, не раз бросал в бой танки и штурмовую авиацию, но всё безуспешно, ибо подчинённые майора С.М. Фадеева и батальонного комиссара А.С. Майсурадзе стояли насмерть и не сделали ни шагу назад. Всякая очередная отчаянная попытка прорвать линию обороны советского пограничного полка тут же оборачивалась для итальянцев новыми непомерно высокими потерями в собственных живой силе и технике. Достаточно сказать, что только в течение первых пяти дней сражения и только уже упоминавшемся выше мотострелковым батальоном капитана Михаила Васильевича Курбатова было истреблено около пятисот вражеских солдат и офицеров.

Вот как в те дни описала боевые действия этого батальона фронтовая газета «Во славу Родины»: «Был получен приказ оборонять посёлок. Семь дней с утра и до вечера шёл непрерывный бой. За день подразделение Курбатова выдерживало и отражало от 5 до 16 атак противника. Вражескими трупами была усеяна земля, но противник упорствовал. И в эти дни особенно ярко выявились воля, мужество, неустрашимость командира. Маленькая фигура капитана мелькала то тут, то там, то в одном подразделении, то в другом. Он появлялся там, где это больше всего было нужно. Однажды, во время жаркого боя, когда уже, казалось, подразделение не выдержит натиска врага, бойцы вдруг услышали голос любимого командира батальона: «Друзья, за мной!». Капитан Курбатов первым бросился в контратаку, за ним поднялись и бойцы. Воины обрушились на врага с такой силой, что не только отбили атаку, но и отбросили противника далеко назад».

Впоследствии капитан Михаил Васильевич Курбатов за эти бои будет заслуженно удостоен высшей государственной награды СССР – ордена Ленина.
Ни разу не дрогнула в бою и 1-я мотострелковая рота старшего лейтенанта Семёна Спиридоновича Яганова. Так, только в течение первых трёх дней завязавшегося сражения данное подразделение отразило пятнадцать атак, предпринятых против неё итальянцами силами сразу двух пехотных батальонов и поддержанных огнём артиллерийской и миномётной батарей.

«Яганов всё время находился на передовой линии и неоднократно водил роту в атаку на врага. Будучи дважды ранен, т. Яганов продолжал руководить боем. За 5 дней боёв рота т. Яганова истребила 50 фашистов, до 200 чел. противник потерял ранеными», - гласит письменный доклад руководства Управления охраны войскового тыла Южного фронта, а эти строки уже из письменного донесения комиссара полка батальонного комиссара А.С. Майсурадзе: «Одной из наших рот командовал ст. лейтенант Яганов, ныне награждённый орденом Красного Знамени. До войны его знали как скромного, неприметного человека. Но в боях этот большевик проявил большие воинские способности. В течение двух суток его рота, находившаяся в боевом охранении, выдерживала всю тяжесть вражеского удара. Три ранения не смогли сломить воли. Его выдержка вдохновляла роту».

Труднооценима роль, которую сыграли в тех жестоких боях и политработники. Назовём лишь немногих, чьи фамилии до нас донесли немногословные архивные документы: военком полка батальонный комиссар А.С. Майсурадзе, военком 1-го мотострелкового батальона политрук Ларченко, военком 2-го мотострелкового батальона старший политрук Г.И. Исаев, политрук 3-й мотострелковой роты политрук И.П. Скирда. Так, «т. Майсурадзе и другие политработники во время боя непрерывно находились на передовой линии, организовывали партийно-политическую работу и личным примером увлекали бойцов на боевые подвиги». А военкомы батальонов тт. Ларченко (соцданные неизвестны) и 40-летний уроженец Башкирии Георгий Илларионович Исаев «во время Дебальцевской операции… всё время находились в передовых рядах, непосредственно руководили боем, личным примером воодушевляли бойцов на героические подвиги. В этом бою пал смертью храбрых ст. политрук т. Исаев».
В этом же архивном документе отмечены и заслуги политрука Ивана Павловича Скирды: «Рота неоднократно ходила в атаку и всегда впереди всех шёл политрук т. Скирда. Когда был убит командир роты, политрук т. Скирда взял на себя командование ротой и обеспечил выполнение боевого приказа».

Согласно Книге Памяти пограничных войск, находясь в передних цепях подчинённых, не кланялся пулям и 9 декабря погиб на боевом посту политический руководитель одной из мотострелковых рот младший политрук Василий Терентьевич Гузнов.
Однако яростно рвущихся вперёд итальянцев полк сдерживал не только огнём с места, но и решительными контратаками. Так, в частности, было и 10 декабря, в ходе легендарного штурма несколькими часами раньше захваченной итальянцами высоты 130,0.

Приказ комдива-74 гласил: эту самую высоту 130.0, как объект, представляющий для нас стратегический интерес, отбить во что бы то ни стало, причём сегодня же, ещё до исхода суток.
Понимая, что лобовой удар неминуемо обернётся неоправданно высокими потерями в рядах атакующих, командование полка отдало предпочтение фланговым ударам. Их одновременно - слева и справа - предстояло нанести двум спешенным сабельным эскадронам. При этом один из эскадронов возглавил лично майор С.М. Фадеев, комполка, а другой, усиленный взводом автоматчиков, - батальонный комиссар А.С. Майсурадзе, военком части.

Скрытность же выдвижения обходных отрядов на рубеж атаки удалось обеспечить за счёт активных действий с фронта и полуфлангов мелких групп автоматчиков и пулемётных расчётов.
Этот смелый замысел полностью оправдался – уже в сумерках высота вновь оказалась в наших руках.
Именно в этом бою совершил свой бессмертный подвиг автоматчик 1-й мотострелковой роты замполитрука В.И. Утин: в критическую минуту, невзирая на страшную боль (снарядом оторвало правую руку), поднял разрозненные огневые группы автоматчиков в атаку, чем помог обходным отрядам нанести по врагу максимально сильный удар с флангов. Отважный воин был сражён вражеской очередью уже на вершине, за несколько минут до полного разгрома окопавшихся здесь итальянцев…

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1942 года замполитрука Василий Ильич Утин был посмертно удостоен Золотой Звезды Героя.
В послевоенный период Имя Героя Советского Союза замполитрука В.И. Утина было присвоено:
- на основании постановления Совета Министров РСФСР № 599-72 от 20 мая 1964 года - пограничной заставе 95-го пограничного ордена Ленина и Красной Звезды отряда, дислоцирующейся в городе Багратионовске Калининградской области;
- на основании решения Багратионовского районного Совета депутатов трудящихся № 183 от 15 сентября 1967 года - одной из улиц Багратионовска;
- Бугабашевской школе Бакалинского района Башкирии, в которой он когда учился и в стенах которой до призыва в армию работал сельским учителем.

На пограничной заставе, носящей имя Героя, в 15.00 28 мая 1968 года был торжественно открыт его бронзовый бюст. Бюст Героя установлен и на территории Озёрского учебного центра 23-го пограничного дважды Краснознамённого отряда современного Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области.

Кроме того, как секретарь ротной комсомольской организации, проявивший мужество и отвагу в годы Великой Отечественной войны, замполитрука В.И. Утин посмертно удостоен Почётной грамоты ЦК ВЛКСМ, одновременно его имя было внесено в Книгу Почёта ЦК ВЛКСМ.
Как и замполитрука В.И. Утин героически действовал в бою по штурму высоты 130,0 и здесь же погиб и другой представитель 1-й мотострелковой роты - помощник командира взвода старший сержант Владимир Андреевич Абрамичёв.

Орденом Красного Знамени Родиной был отмечен подвиг командира отделения старшего сержанта Макаренко: в ходе оборонительных боёв у посёлка Чернухино Перевальского района Луганской области он, заменив собой выбывшего из строя взводного, четырежды под плотным огнём противника поднимал подчинённых в контратаки.
Яркой строкой в летопись девяносто пятого пограничного вошла и дата 12 декабря 1941 года - в этот день всю свою боевую мощь впервые продемонстрировала полковая конница. Дело случилось на правом фланге нашей обороны, когда враг силами двух батальонов захватили разъезд, обозначенный в архивных документах как разъезд «Б.».

Правильно оценив доклады разведчиков, командир полка бросил в бой два сабельных эскадрона.
Как сказано в одном из докладных документов, составленных лично военкомом полка батальонным комиссаром А.С. Майсурадзе, «это была классическая кавалерийская атака - быстрая, короткая и истребительная. Двести двадцать врагов полегли в этой схватке.
«Рубят - дай бог им здоровья!», - говорил про своих сабельников командир одного из эскадронов лейтенант Хитрин, сам лихой кавалерист.

Противник был выбит из разъезда и отогнан на 3-4 км. Конная атака настолько деморализовала фашистов, что, заняв оборону, они просидели около недели не шелохнувшись. Так была ликвидирована попытка обходного движения врага».

К сожалению, в этом жарком, но победном для «зелёных фуражек» бою не обошлось без потерь и с нашей стороны: полегло около взвода кавалеристов и в их числе – 30-летний уроженец Новосибирской области, кавалер ордена Красного Знамени лейтенант Семён Захарович Хитрин. Среди комсостава также погибли командиры кавалерийских взводов лейтенант Василий Васильевич Корягин и старшина Александр Иванович Сгибнев (Згибнев).
Активной нашу оборону у Дебальцева делала и широко применяемая командованием полка тактика ночных вылазок. А первая из них была осуществлена в ночь с 9 на 10 декабря: усиленный взводом разведчиков и кавэскадроном 1-й мотострелковый батальон под общим командованием военкома полка батальонного комиссара А.С. Майсурадзе совершил внезапный налёт на итальянцев и в ходе трёхчасового боя отбил у них захваченное накануне днём село Софьино-Раевка Енакиевского горсовета Донецкой области и северо-западную окраину села Еленовка. С нашей стороны потери оказались минимальными, а вот зато противник потерял свыше трёхсот человек убитыми, при этом особенно много вражеских трупов было потом обнаружено в полосе наступления взвода автоматчиков старшины Зубкова.

Специально оговоримся, что в ходе именно этой ночной вылазки впервые ярко отличился будущий Герой Советского Союза (посмертно) замполитрука В.И. Утин: в сумерках, ещё за несколько часов до начала атаки 1-го батальона, составе разведгруппы проник на окраину села Софьино-Раевка, где затем в одиночку незаметно подобрался к большому двухэтажному дому, занятому взводом противника под казарму, и метнул в окно гранату. Когда уцелевшие после взрыва фашисты в нижнем белье начали в панике выбегать во двор, из положения «лёжа» меткими короткими очередями из табельного ППД уничтожил не менее десяти из них.
Однако вскоре в диске закончились патроны, что позволило итальянскому офицеру, находившемуся в одной из ближайших к месту боя хат, выскочить наружу и с шашкой наголо броситься к советскому автоматчику: «Рус, сдавайся!». Однако едва тот приблизился, замполитрука В.И. Утин изловчился и неожиданным ударом приклада размозжил нападавшему голову. Затем, быстро перезарядив автомат, открыл по кинжальный огонь по другим пытавшимся окружить его плотным кольцом фашистам.

Когда, отстреливаясь от погони, отходил к своим, заметил в попавшемся на пути овине пулемётное гнездо. Оно контролировало огнём одну из центральных улиц, по которой вскоре предстояло наступать воинам 95-го погранполка. Незаметно подобравшись со стороны огородов, ударил в упор из автомата. В результате один из пулемётчиков был убит на месте, а второй, в чине старшего унтер-офицера, захвачен им в плен.
И ещё один факт: ближе к вечеру 10 декабря в оперативный тыл итальянцев была направлена диверсионная группа в составе четырёх автоматчиков и двух снайперов. Она вступила в схватку сразу после того, когда уцелевшие итальянцы, не выдержав фланговых ударов, начали беспорядочный отход с высоты 130,0: кинжальным огнём окончательно захлопнула ловушку.
В первых числах декабря в ходе боёв у Дебальцево в состав полка на правах воспитанника был принят 10-летний мальчишка-беспризорник Григорий Александрович Козюберда.


В первых числах декабря в ходе боёв у Дебальцево в состав полка на правах воспитанника был принят 10-летний мальчишка-беспризорник Григорий Александрович Козюберда. Местом его службы стал полковой красноармейский клуб, поскольку Гриша оказался талантливым баянистом.
Приблизительно в ночь с 13 на 14 декабря 1941 года девяносто пятый пограничный был выведен на отдых во второй эшелон. Приказом по 74-й стрелковой Таманской дивизии всему личному составу полка за успешные бои против перешедшей в наступление итальянской 52-й пехотной дивизии была объявлена благодарность. Мотивация - «95-й пограничный полк на протяжении восьми дней, несмотря на бешеный нажим превосходящих сил врага, держал рубежи обороны».

Однако отдых оказался недолгим. Уже 16 декабря на основании приказа комдива-74 полковника Фёдора Екимовича Шевердина 95-й пограничный полк особого назначения войск НКВД СССР совместно со 109-м и 360-м стрелковыми полками всё той же 74-й стрелковой Таманской дивизии, а также подразделениями 71-й бригады войск НКВД СССР по охране особо важных предприятий промышленности участвует в операции по штурму города Дебальцево, при этом главный удар – по центру вражеской обороны – наносили именно пограничники.
Наступление началось в 17.00. Ему предшествовала тщательная рекогносцировка местности и детальная проработка всего комплекса вопросов, связанных с организацией взаимодействия между подразделениями, в том числе и путём широкого применения на поле боя (но, однако, не ниже уровня штабов батальонов) радиосвязи. Всерьёз позаботилось командование полка и о мобильности пунктов боепитания - чтобы те ни на шаг не отставали от атакующих цепей пехоты.

Всё это окупилось сторицей. В частности, благодаря скрытному выдвижению полка, боевое охранение противника обнаружила наши наступающие батальоны на предельно короткой дистанции – всего лишь в каких-то двухстах пятидесяти метрах от переднего края, поэтому мало-мальски оказать серьёзного сопротивления уже не могло: было смято и уничтожено «зелёными фуражками» в считанные минуты.
Изрядно досталось тогда фашистам и на их основных узлах обороны: 2-й и 3-й мотострелковые батальоны с ходу ворвались на южную окраину Дебальцево и, несмотря на спустившиеся на землю ночные сумерки, завязали уличные бои. В частности, благодаря тому, что заранее и правильно были выбраны объекты для ночных атак и так же заранее сформированы одиннадцать штурмовых групп, удалось достаточно быстро и с минимумом потерь подавить здесь все наиболее крупные очаги сопротивления.

Успех наступавших с фланга батальонов скоро подкрепил своими усилиями и 1-й мотострелковый батальон. Он, наступая уступом, планомерно выдавил противника с хорошо укреплённых позиций, возведённых в самом центре вражеской обороны. К ночи он достиг западной окраины, где соединился с одним из двух других батальонов. Таким образом, значительная часть города оказалась в руках пограничников.
В ходе уличных боёв в Дебальцево полком впервые была применена и тактика зачистки уже занятых кварталов. Только в ночь с 16 на 17 декабря таким образом было выявлено и уничтожено около сотни прятавшихся по подвалам и чердакам фашистов.

Ярко отличились в ходе уличных боёв и радисты, приданные штабам мотострелковых батальонов: благодаря их бесперебойной работе, командование полка имело возможность немедленно и адекватно реагировать на все внезапные изменения в боевой обстановке и особенно, когда противник предпринимал попытки нанесения фланговых и обходных ударов. В частности, майором С.М. Фадеевым и его заместителями на такие участки немедленно направлялись подразделения, составлявшие резерв, что в свою очередь позволяла комбатам целиком концентрироваться только на наступательных действиях своих подчинённых вглубь города.
К сожалению, враг превосходил и числом, и огневой мощью. Поэтому к утру дальнейшее наступление застопорилось и в течение последующих двух с небольших суток полк оказался втянутым в тяжёлые уличные бои против превосходящих сил противника.

Архивные документы донесли до нас несколько эпизодов того яростного сражения. Так, одиннадцать советских автоматчиков во главе с красноармейцем Стажёровым блокировали просочившуюся дворами в тыл полка отборную группу вражеских автоматчиков численностью где-то до полуроты. Жестокий огневой поединок затянулся на несколько часов и завершился полным разгромом противника. Ну, а в качестве доказательства своей победы в неравной схватке советские бойцы сняли с трупов уничтоженных ими фашистов и доставили в штаб полка тридцать четыре (!) единицы такой крайне почётной награды у головорезов из вермахта, как железный крест! За это боевое отличие красноармеец Стажёров впоследствии был удостоен ордена Красного Знамени.

В очередной раз всю мощь своего таланта военачальника продемонстрировал герой первых приграничных боёв июня 1941 года в Молдавии (за это носил на груди орден Красного Знамени) комбат-3 капитан Антон Антонович Валькевич: в ходе ночного боя с 16 на 17 декабря лично руководил действиями всех уже выше озвученных одиннадцати штурмовых групп. А в последний день сражения, прикрывая отход полка, во главе одной из рот совершил обходной манёвр и нанёс неожиданный удар в тыл фашистов, чем принудил их к позорному бегству. По окончанию Дебальцевской наступательной операции капитан А.А. Валькевич будет награждён вторым орденом Красного Знамени.

Во главе штурмовой группы из восемнадцати автоматчиков умело и бесстрашно истреблял ненавистных оккупантов на улицах Дебальцево секретарь президиума ВЛКСМ одной из рот старшина Алехнович. Как сказано в тексте архивного документа, «сам Алехнович проявил неистощимую изобретательность в овладении отдельными домами, распределяя силы искусно, так чтобы меньшая часть отвлекала на себя основной огонь немцев, а в это время остальные бойцы проникли в расположение врага и уничтожили его».
Трижды с боев прорывался в глубину обороны фашистов, а затем всякий раз невредимым возвращался к своим младший командир Лаптев, при этом в последний раз он вернулся, ведя под узды коня, запряжённого в сани. Груз - «целый воз важных фашистских документов».

Со снайперской меткостью разили врага на улицах и в переулках Дебальцево пулемётчик роты автоматчиков красноармеец Парфентьев и автоматчик красноармеец Усатов. Первый «уничтожая врагов огнём своего пулемёта, он дал возможность удержать половину села Ю., в другой половине которого находилось свыше батальона немцев», а второй – «своим грозным автоматом уничтожил 17 гитлеровцев и спас жизнь многим своим соратникам, облегчив выход батальона из боя».

Красноармеец Гусев, связист по воинской специальности, «бесстрашно исправлял под огнём частые повреждения телефонной линии и обеспечивал на своём участке бесперебойную связь».
Не жалея себя, причём даже вопреки просьбе комиссара пока А.С. Майсурадзе, под свинцовым ливнем автоматов и крупнокалиберных пулемётов врага спасала на поле боя раненных бойцов восемнадцатилетняя медицинская сестра Екатерина Севастьяновна Доброван. За этот подвиг бесстрашная девушка-воин чуть позже будет удостоена медали «За отвагу».

В публикациях журнала войск НКВД СССР «Пограничник» № 9 за май 1942 года удалось отыскать и свидетельства боевой отваги командира полка майора С.М. Фадеева и его заместителя по строевой части майора С.Е. Капустина. Так, «майор Фадеев - смелый, решительный военачальник, сохранявший спокойствие и прозорливость в самых тяжёлых условиях боя. Умелый и инициативный командир, он по заслугам носит два боевых ордена». И – «майор Капустин, награждённый орденом Красной Звезды, отличается теми же прекрасными качествами. Когда обстановка становилась исключительно сложной, он с неизменным искусством и хладнокровием находил выход из создавшегося положения».

Выйдя 19 декабря 1941 года из боя и закрепившись на рубеже: село Вергелевка - посёлок Октябрьский, - девяносто пятый пограничный немного отдохнул и привёл себя в порядок. После чего в 9.00 22 декабря 1941 года повторно осуществил штурм Дебальцево. На сей раз удар, нанесённый им по врагу, был более сокрушительным – к 15.00 того же дня город был освобождён. Враг потерял тогда трёхсот человек убитыми, двадцать два орудия, несколько миномётов, свыше десяти тысяч мин. Кроме того, пограничниками здесь оказался разгромленным штаб 117-го пехотного полка вермахта, при этом знамя и почти вся секретная документация последнего досталась им на правах особоважного трофея.

Как было сказано в тексте приказа командования 74-й стрелковой Таманской дивизии от 13 февраля 1942 года, «в операции 22 декабря 1941 г. по взятию Дебальцево 95-й пограничный полк сыграл решающую роль, личный состав полка во главе с командиром майором Фадеевым и военкомом батальонным комиссаром Майсурадзе самоотверженно и блестяще выполнил свою задачу, в течение двух-трёх часов город был очищен от немцев в полосе наступления полка, в течение трёх дней и четырёх ночей полк удерживал город, ведя непрерывные бои, и только после неоднократных атак превосходящими силами противника по приказу штадива 95-й полк вышел из окружения на прежний рубеж».

Один из героев второго штурма Дебальцево – младший лейтенант Зубков: 24 декабря возглавляемая им группа автоматчиков ликвидировала в городе пять очагов вражеского сопротивления, при этом руководить действиями подчинённых офицер продолжал даже после того, как получил серьёзное ранение. В расположение медсанбата он был эвакуирован только после второго ранения.

К сожалению, командование 74-й стрелковой Таманской дивизии не имело никакой возможности поддержать успех пограничников и последним, начиная с 23 декабря, выпало в одиночку, малыми силами обороняться на широком фронте против яростно атакующей пехоты врага. Уже к исходу тех же суток 23 декабря значительная часть городских предместий уже находилась в руках противника.

Спасая полк от полного окружения, комдив-74 полковник Ф.Е. Шевердин к исходу 25 декабря был вынужден отдать ему приказ об оставлении Дебальцево и отходе на прежний рубеж обороны – расположенную южнее посёлка Толстовка высоту 326,6 (участок – «село Вергелевка - посёлок Октябрьский»).

В боях 22-25 декабря 1941 года по взятию и обороне Дебальцево сложили свои головы многие воины полка и, в том числе: капитан Ковальчук (убит 24 декабря; должность неизвестна); старший военфельдшер П.Н. Белов (пропал без вести 25 декабря), командиры рот старшие лейтенанты Н.Ф. Бедяев (пропал без вести 24 декабря) и Д.И. Жигалов (пропал без вести 23 декабря); политические руководители подразделений политруки И.Г. Аношин (убит по одним данным 23, а по другим – 24 декабря) и В.Е. Дорофеев (скончался от ран 23 декабря в г. Луганске, в стенах 217-го военного госпиталя); заместитель командира роты младший лейтенант С.Д. Кулагин (убит 24 декабря); командиры взводов старший лейтенант Н.Ф. Беляев и лейтенант Ф.З. Зарубенко (оба пропали без вести 24 декабря), младшие лейтенант А.П. Жадан (пропал без вести 24 декабря) и Г.П. Пашенко (убит 22 декабря), старший сержант Ф.И. Пустовайтов (пропал без вести 24 декабря); старшина мотострелковой роты старшина Ф.В. Денисенко (убит 25 декабря).

За героизм и мужество, проявленные в боях за Донбасс, 110 военнослужащих 95-го погранполка были удостоены государственных наград, а один (речь о замполитруке В.И. Утине) – Золотой Звезды Героя.
Боевые действия в районе Дебальцево полк вёл вплоть до 23 марта 1942 года, нанеся при этом противнику огромный урон в живой силе. Так, по неполным данным, полк тогда вывел из строя 4366 фашистов, в том числе 2945 в качестве безвозвратных потерь, а семерых пленил. Безвозвратные потери в рядах самих пограничников после Дебальцевской наступательной операции были уже сравнительно небольшими. Например, только в рядах среднего комначсостава, согласно Книге Памяти пограничных войск, сложило свои головы всего лишь на всего двое офицеров: 2 января пропал без вести начальник клуба полка воентехник 2 ранга Иван Петрович Рувинский, а 31 января был убит старший лейтенант Василий Иванович Шувалов (должность неизвестна).

В январе 1942 года 95-й погранполк лишился статуса «полка особого назначения». Дело в том, что прежняя организационная структура в силу своей громоздкости не прошла испытаний боевой обстановкой, а потому потребовала оперативного реформирования в сторону уменьшения количества боевых подразделений.
Новое штатное расписание оказалось более удачным, поскольку практически не изменялось потом вплоть до вывода полка из состава войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии: три стрелковых батальона по пять линейных застав и одной резервной в каждой плюс собственный в каждом из них контрразведывательный аппарат (всего в батальоне - 370 штыков), манёвренная группа (148 человек), противотанковый взвод (два 45-мм орудия), а также подразделения боевого обеспечения и тыла: всего - 1396 человек личного состава по штату.
1 марта 1942 года 95-й погранполк сдал занимаемый участок обороны пехотным частям и сосредоточился в оперативном тылу Южного фронта. «Полк был выведен из боя на переформирование и все подразделения стянули в район посёлка Чернухино, а затем передислоцировали в Ворошиловград. – указал в своих послевоенных воспоминаниях бывший начштаба 95-го погранполка полковник в отставке Николай Петрович Строителев. –Пробыли мы там несколько дней. По сути, не успели, как следует оглядеться, а тут директива ГКО перебросить нас в город Керчь для охраны тыла Крымского фронта».

29 марта 1942 года, совершив марш по маршруту: посёлок Чернухино (Луганская область) – город Азов (Ростовская область) – город Ейск (Краснодарский край) – город Керчь (Крымская АССР), - 95-й погранполк в количестве 1282 штыков прибыл в распоряжение руководства Управления войск НКВД СССР по охране тыла Крымского фронта.
Полученная на новом месте задача: 1-му стрелковому батальону обеспечивать безопасность войскового тыла 44-й, 2-му – 47-й и 3-му – 51-й армий. Место дислокации штаба полка – город Керчь.
Первым в бой с перешедшими в 6.00 8 мая 1942 года в решительное наступление войсками противника выпало вступить 1-му батальону: вечером 8 мая в районе населённого пункта Сейтджеут, оказавшись впереди боевых порядков 44-й армии, его бойцы дали отпор немецким автоматчикам, а затем вместе с частями Красной Армии прочно обороняли занимаемый рубеж: до вечера 10 мая – участок «Чалтемир – Сырылар», а до исхода 16 мая – район, прилегающий к населённому пункту Баксы.

Как следует из докладной записки заместителя наркома внутренних дел СССР генерала А.Н. Аполлонова от июня 1942 года, «в последующие дни с развитием наступления противника части [речь идёт о 26-м и 95-м погранполках] занимали новые рубежи по плану… А, начиная с 14 мая, были втянуты в тяжёлые оборонительные бои с основными силами противника».
2-й батальон принял боевое крещение около 13.00 15 мая у высоты 154,4: отразил атаку 30 немецких танков. Однако уже к вечеру, когда 4-я и 5-я погранзаставы почти полностью погибли под гусеницами двадцати прорвавшихся с третьей попытки на их позиции немецких танков, был вынужден отойти в сторону Керченского пролива.

3-й батальон принял первый для себя на крымской земле бой ближе к вечеру 13 мая у пристани Дуранте.
«В боях за Керчь 95-й пограничный полк (без 3-го батальона) уничтожил в общей сложности десять немецких танков, бронемашину, два тягача, девять автомашин, истребил более 450 гитлеровцев», - это данные привёл в своём военно-историческом очёрке «Легендарная оборона», опубликованном в книге «На страже советского государства» (М., 1975, с.108), ветеран внутренних и пограничных войск, бывший заместитель министра внутренних дел Эстонской ССР полковник в отставке В.Ф. Шевченко.

А это уже данные из архивного документа фронтовой поры – Доклада начальника войск НКВД СССР по охране тыла Северо-Кавказского фронта генерал-майора Н.С. Киселёва в политотдел войск НКВД СССР от 6 июня 1942 года: «Все полки войск НКВД, а в особенности 26 полк НКВД, 26 Краснознамённый погранполк, 95 погранполк, а также 276 полк НКВД дрались и вели себя хорошо…
Задачи, которые возлагались на войска НКВД высшим командованием, были выполнены с честью.
Части НКВД, в течение продолжительного времени ведя ожесточённые бои, не только сдерживали противника, но и наносили ему чувствительный урон в технике и истреблении живой силы его.
Так, за период с 8.5 по 19.5 войсками НКВД на Керченском полуострове нанесены противнику следующие потери: …95 пп: сбито самолётов – 8; подбито и сожжено танков – 12; уничтожено бронемашин - 1, тягачей - 2, пехоты – 770…».

«Утром 14 мая 1941 года, - указывает в рукописи своих воспоминаний бывший начштаба 95-го погранполка полковник в отставке Н.П. Строителев, - штаб и службы полка отошли в район завода им. Войкова, а миномётная рота - на высоту, что севернее завода… Днём перед фронтом миномётной роты появились лёгкие танки противника. Миномётчики немедленно открыли огонь. И всё же несколько танков ворвались на позиции роты и стали давить огневые точки миномётчиков. Командир полка Фадеев и я находились в это время на КП полка и всю эту картину видели своими глазами.

…Однако ни один миномётчик не покинул поля боя. Положение критическое. Но тут на наше счастье появилась «катюша», которая следовала в сторону Керченского пролива… Танки сгорели в этом огненном смерче, как солома…
Обстановка накалялась. К 15 мая мы уже не имели никаких соседей – остались в одиночестве. Связь со штабами фронта и наших войск отсутствовала. Да и место расположение этих штабов мы не знали. Командование 95-го полка приняло решение отойти к проливу и попытаться с оставшимися подразделениями переправиться на Большую землю. Сборным пунктом был назначен район маяка Эникам.

Вместе с начальником связи полка да ещё со своим ординарцем, шофёром и работником службы снабжения я остался на КП, чтобы уничтожить архивные и другие документы полка, а также имущество, которое невозможно было эвакуировать. Всё бы хорошо, но при следовании к проливу я был тяжело ранен и к маяку Эникам прибыл, когда никого из нашего полка уже не было. Но именно в этот критический момент произошла моя встреча с заместителем наркома внутренних дел Серовым. Позднее я узнал, что командование полка, политотдел, все службы и некоторые подразделения, достигнув маяка, сразу погрузились на прибывший в то время катер. Перебравшись на кубанскую землю, они в тот же день прибыли в Темрюк. Подразделения, не успевшие перебраться с первой группой, переправлялись в последующие дни на случайных судах, а то и просто на чём придётся. Скажем, командир 1-го батальона Курбатов добрался туда на телеге».

При эвакуации остатков полка через Керченский пролив на Кубань героический поступок, во многом равный подвигу, совершили военный водитель Фёдор Виташенков и трое солдат-пограничников, чьи фамилии остались неизвестными: они, выполняя приказ командира автотранспортного взвода старшего лейтенанта П.А. Чипахина (впоследствии – начальник автослужбы 95-го Правдинского пограничного ордена Ленина погранотряда Управления пограничных войск МВД-МГБ Литовского округа, майор), спасли секретную документацию политотдела полка, переправив её под вражеским обстрелом на кубанский берег в легковом автомобиле, предварительно установленном на плот, который в свою очередь собственноручно построили из найденных на берегу бревён и четырёх пустых бочек.

По данным командования войск НКВД СССР по охране тыла Крымского фронта, безвозвратные потери 95-го пограничного полка войск НКВД СССР в ходе постигшего Крымский фронт разгрома составили на 23 мая 1942 года убитыми и пропавшими без вести 877 человек. В частности, в этих скорбных списках среди прочих значатся: заместитель партбюро полка батальонный комиссар Ф.П. Берцулевич, начхим полка капитан А.Н. Салманов, легендарный комбат-3 майор А.А. Валькевич и его боевой друг и соратник военком того же батальона батальонный комиссар М.М. Зинченко, редактор многотиражной газеты полка младший политрук И.Ф. Кроха, адъютант старший стрелкового батальона старший лейтенант А.Л. Давиденко, делопроизводитель штаба части техник-интендант 2 ранга И.Н. Андреев, командир роты старший лейтенант В.К. Шаманский и многие, многие другие…

Однако, как выяснилось уже после войны, далеко не все из числа пропавших без вести погибли в рядах однополчан. Так, кто-то попал в плен, кто-то пополнил ряды Аджимушкайского подземного гарнизона, а отдельные из окруженцев, в том числе и сын 95-го погранполка Гриша Козюберда «растворились» среди местного населения и, таким образом дождавшись прихода Красной Армии, продолжили затем вооружённую борьбу с фашизмом. Вот документальное свидетельство на сей счёт бывшего заместителя командира 95-го погранполка по разведке офицера в отставке А.И. Хорина: «Некоторое время спустя на этой земле, где сражался батальон капитана Валькевича [речь о 3-м стрелковом батальоне], с боями вновь прошёл наш полк. И здесь к нам присоединились пограничники, которые остались на поле боя тяжело раненными и которых спрятали и выходили местные жители. Они рассказали о героической гибели комбата Валькевича, о гибели батальона».

Что же касается 10-летнего Гриши Козюберды, то после освобождения Крыма он стал воспитанником 36-й бригады железнодорожных войск.

Лето 1942-конец 1943 гг. – участие 95-го пограничного полка войск НКВД СССР в битве за Кавказ. Основные силы части при этом сражались в районе города Армавира Краснодарского края. В частности, 2-й стрелковый батальон полка в количестве 500 штыков в течение мая 1943 года вёл боевые действия в составе 1-й отдельной стрелковой дивизии войск НКВД СССР 56-й армии Северо-Кавказского фронта: на Кубанском плацдарме по прорыву 1-й и 2-й оборонительных линий оборонительного пояса противника «Голубая линия». Так, 2 мая 1943 года личный состав данного батальона, проявив при этом массовый героизм (за это впоследствии - отдельная благодарность от командующего фронтом), в составе других подразделений и частей дивизии овладел станицей Крымская (ныне – город Крымск) Краснодарского края, превращённой противником в непреступную крепость.
Как свидетельствуют документальные источники, перед боем за станицу Крымская комсорг 2-го стрелкового батальона Короленко провёл заседание бюро ВЛКСМ с повесткой дня: «Задачи комсомольцев в наступлении», а уже члены данного бюро Патлатенко, Сергеев и Филиппов - беседы с молодыми воинами о боевых традициях части и её героях.

Бой за Крымскую длился семнадцать часов. Военнослужащие 2-го батальона проявили в ходе него массовый героизм. Так, члены бюро ВЛКСМ Покорытов и Трушковский, комсорг заставы Ершов добровольно вошли в состав штурмовой группы. Они, увлекая за собой других бойцов, первыми врывались во вражеские траншеи, где в упор расстреливали пытавшихся оказать вооружённое сопротивление гитлеровцев.
Командир отделения сержант-коммунист Василий Михайлович Рытов, действуя во главе пулемётного расчёта, уничтожил две огневые точки и 35 человек живой силы противника. Кроме того, он лично сбил из пулемёта вражеский самолёт.


Две огневые точки и двадцать фашистов уничтожил командир стрелкового взвода сержант-коммунист Пётр Никитович Серов. На его лицевом счету и два захваченных в бою за Крымскую крупнокалиберных пулемёта.
Комсомолец Ремизанцев меткими пулемётными очередями подавил две огневые точки противника, чем дал возможность своему подразделению успешно продвинуться вперёд.
Семь фашистов истребил в штыковой атаке комсомолец Самарин, а тридцать девять на высоте Безымянная - коллективно отделение комсомольца Немцова.
Победителем в рукопашной схватке сразу с шестью напавшими на него гитлеровцами вышел комсомолец Могильский.

Комсомолец Шахрай огнём из винтовки одним за другим уничтожил всю прислугу 45-мм пушки, а затем беспрепятственно захватил это самое орудие в качестве трофея.
Отлично показали себя в тех жестоких схватках и многие другие воины и, в том числе, комсомольцы Бойков, Земзулин, Лепатов, Удегов.

Свыше шестидесяти наиболее отличившихся в ходе той майской наступательной операции военнослужащих 2-го стрелкового батальона были удостоены от командования фронта боевых наград. В том числе сержант В.М. Рытов – сразу двух орденов – Отечественной войны 2-й степени и Красной Звезды, а сержант П.Н. Серов – ордена Красной Звезды и медали «За отвагу».

21 марта 1943 года 95-му пограничному полку войск НКВД СССР от имени Президиума Верховного Совета СССР было вручено Боевое Красное Знамя и Грамота Президиума Верховного Совету СССР к нему. Церемонию вручения провёл лично полковник Сергей Максимович Фадеев, бывший командир полка, а теперь уже начальник Управления войск НКВД СССР по охране тыла Северо-Кавказского фронта.

Текст Грамоты Президиума Верховного Совета СССР гласил: «Президиум Верховного Совета СССР постановил – вручить Красное Знамя пограничному полку НКВД, как символ воинской доблести и славы, как напоминание каждому из бойцов и командиров части об их священном долге – преданно служить Советской Родине, защищать её мужественно и умело, отстаивать от врага каждую пять родной земли, не щадя своей крови и самой жизни».
14 апреля 1943 года – ещё одна особая дата в исторической летописи современной в/ч 2297. Именно в этот день часть стала орденоносной. Предыстория же такова: в апреле 1942 года 95-й пограничный полк войск НКВД СССР был представлен к награждению орденом Красного Знамени, однако Комиссия по рассмотрению представлений к наградам по войскам НКВД СССР в составе заместителей наркома внутренних дел комиссара госбезопасности 2 ранга И.А. Серова и генерал-майора А.Н.Аполлонова, начальника секретариата НКВД СССР старшего майора госбезопасности С.С. Мамулова, начальника Политуправления войск НКВД СССР дивизионного комиссара П.Н. Мироненко вынесло иное решение: «К ордену Ленина»! (ЦПА ФСБ России: ф. 14, оп. 10, ед. хр. 195, л. 9.) По каким-то причинам, однако, реализация данного представления задержалось ровно на год - Указ о награждении полка орденом Ленина был издан Президиумом Верховного Совета СССР только 14 апреля 1943 года.


Формулировка – «За отличия в боях за Донбасс, в предгорьях Кавказа и на Керченском полуострове, образцовое выполнение заданий командования». С этого времени данная дата – ежегодно празднуемый День части.
В феврале 1944 года 95-й погранполк в силу спущенного сверху приказа в составе специально для этого созданной группировки войск НКВД СССР принял участие в выполнении правительственного задания по депортации коренного населения Чечено-Ингушской АССР в Казахстан. Здесь полк не досчитался в своих рядах старшины одной из пограничных застав Василия Васильевича Дергачёва. Последний погиб при исполнении служебного долга в конце февраля и был похоронен однополчанами на городском кладбище Грозного в могиле № 30721.

Затем – вновь в составе действующей армии: согласно архивным документам, с 15 марта 1944 года в Крыму, в полосе ответственности 4-го Украинского фронта, «осуществлял охрану тылов Отдельной Приморской армии, непрерывно производил очистку прифронтового тыла от враждебного элемента, одновременно производил очистку населённых пунктов, ранее освобождённых от противника».

При выполнении этой ответственной боевой работы, согласно Книге Памяти пограничных войск, погибли: 9 апреля – наводчик противотанкового ружья ефрейтор Иван Захарович Мадык; 15 апреля на западной окраине местечка Дуранте Маяксалынского района - командир отделения старший сержант Борис Григорьевич Анастасиев, а у села Узундар - красноармеец-стрелок Григорий Андреевич Галушкин; 24 апреля – начальник инженерной службы полка капитан Филипп Данилович Пластун.

27 апреля 1944 года на основании изданного в этот день наркомом внутренних дел СССР соответствующего приказа 95-й пограничный ордена Ленина полк был передан из состава войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии обратно в состав пограничных войск НКВД СССР с одновременным переподчинением начальнику Управления пограничных войск НКВД Украинского округа. А на основании распоряжения начальника Главного управления пограничных войск НКВД СССР и изданного в его во исполнение приказа № 009 от 29 мая 1944 года начальника Управления пограничных войск НКВД Украинского округа 95-й пограничный ордена Ленина полк был переформирован в одноимённый пограничный отряд.
Новое штатное расписание: управление; пограничных комендатур - 5; линейных застав – 20, а резервных – 5; манёвренная группа; КПП - 4.
Поменялся и условный номер – с в/ч «Полевая почта 23772» на в/ч 2115.

Смена статуса мало что изменила в череде боевых будней военнослужащих части. Последние по-прежнему были на переднем крае борьбы со шпионажем и бандитизмом, а это, увы, приводило к неминуемым безвозвратным потерям в их рядах. В частности, в мае пропал без вести красноармеец-стрелок Фёдор Сафронович Лось; 28 июня 1944 года в селе Байдары Балаклавского района при исполнении служебного долга погиб старший фельдшер полка офицер медицинской службы Иван Прокофьевич Давиденко; 5 июля в районе Симферополя был убит красноармеец Михаил Петрович Коноваленко, а на следующий день и там же – капитан Иван Афанасьевич Локтионов (должность обоих неизвестна; но оба похоронены на Армяно-Георгиевском кладбище столицы Крыма); 8 июля 1944 года в одном из военных госпиталей Симферополя от полученных ранений скончался 41-летний майор-политработник Фёдор Иванович Шилин; 21 июля (но где, неизвестно), находясь на боевом посту, погибли помощник начальника одного из отделов штаба части старший лейтенант Николай Владимирович Крижиминский и ефрейтор Иван Васильевич Усатый (должность неизвестна).

27 июля 1944 года на основании изданного в этот день наркомом внутренних дел СССР приказа № 00895 95-й погранотряд был передан в состав Управления пограничных войск НКВД Литовского округа.
Местом погрузки в эшелоны стала крымская станция Сюрень, а местом выгрузки (5 августа 1944 года) и первой дислокации в новом районе оперирования – литовская станция Палемонас.

12 августа 1944 года отряд на правах резерва командования Управления пограничных войск НКВД Литовского округа был передислоцирован в местечко Янковщизна, а 21 августа – в приграничный к Гродненской области Белоруссии литовский город Эйшишкес, где, оставаясь до 15 октября 1944 года, проводил в окрестных лесах чекистско-войсковые операции против орудовавших в округе банд.

При этом в качестве основных его военнослужащими применялись следующие виды нарядов: организация на важнейших транспортных коммуникациях и в населённых пунктах работы контрольно-пропускных пунктов; организация заслонов на участках, где в силу складывающейся оперативной обстановке сохранялся риск возникновения неорганизованного передвижения войск и гражданского населения; организация несения службы пограничниками в составе разведывательно-поисковых групп и секретов, а также в засадах, выставленных на путях вероятного передвижения бандгрупп и диверсантов; взятие под охрану специально снаряженными караулами расположенных в прифронтовой полосе стратегически важных военных объектов; патрулирование территории железнодорожных станций и местности, вплотную прилегающей к другим не менее важным объектам.
Так, 24 августа 1944 года наряд КПП, возглавляемый лейтенантом Масловым, на развилке дорог Подботе – Рудники разоблачил и при попытке оказать вооружённое сопротивление обезвредил следовавшего в крестьянской повозке под видом мирного обывателя командующего всеми местными бандформированиями - бывшего офицера панской Польши (дослужился там до чина майора) по фамилии Валицкий. В ходе обыска у задержанного были изъяты пистолет иностранного производства с солидным боекомплектом плюс компас и топографическая карта местности.

11 сентября 1944 года группа военнослужащих хозяйственного взвода в составе красноармейцев Дмитриева (старший), Расчупкина и Чернецкого, находясь в командировке по заготовке сена, случайно узнала от жителя хутора Мельдьяны Петрочайтиса о том, что данный хутор накануне ночью подвергся разбойному нападению бандгруппы из четырёх человек и что бандиты, видимо, подсчитавая добычу, в настоящий момент укрылась в одной из бань, стоящих на окраине хутора.




Красноармеец Дмитриев на правах старшего принял решение наказать бандитов. Пограничникам удалось незаметно подобраться к самой бане. Приказав красноармейцам Расчупкину и Чернецкому в случае необходимости прикрыть его огнём, Дмитриев вышел из-за укрытия и громким голосом потребовал от бандитов сдаться на милость победителя, в противно случае те будут уничтожены. Банда вышла из дверей бани с высоко поднятыми над головой руками. Однако эта была уловка, для меньшего риска бандиты задумали скрыться уже в ходе конвоирования: по дороге один из них внезапно выхватил тщательно спрятанный на теле пистолет и открыл стрельбу по конвою. Однако реакция красноармейца Дмитриева и его боевых побратимов была более чем молниеносной: тут же ответили плотным прицельным огнём. В результате двое бандитов были ранены, а двое других, не пожелавших и дальше испытывать судьбу, застыли на месте как вкопанные, не забыв при этом покорно задрать руки к небу. Пистолет у стрелявшего был изъят. Он стал шестым по счёту трофеем пограничников после отобранных у бандитов ещё у порога бани двух автоматов, двух винтовок и ножа армейского образца.
Безвозвратные потери тех дней: 31 августа погиб красноармеец-кавалерист Василий Дмитриевич Бабкин, а 1 или 2 октября (точно неизвестно) – красноармеец-стрелок Батрбек (Батербек) Костикович (Констикович) Баицов (Бицоев).
17 октября 1944 года на основании изданного двумя днями раньше начальником войск округа приказа № 01128 95-й пограничный ордена Ленина отряд войск НКВД СССР впервые после начала Великой Отечественной войны приступил к охране Государственной границы СССР.

Вверенный тогда под охрану участок – только что освобождённое советскими войсками порубежье с Мемельской областью Восточной Пруссией по линии прежней границы Литовской ССР с Германией. Выдвинувшиеся сюда подразделения, расположились:
- штаб полка и на правах резервной 3-я погранкомендатура - город Таураге;
- 1-я погранкомендатура - посёлок Вайнуты;
- 2-я погранкомендатура - посёлок Аукштупе;
- 4-я погранкомендатура - посёлок Эйш;
- 5-я погранкомендатура - посёлок Юрбург.

Служебные наряды едва ли не ежедневно вступали в бой с мелкими группами фашистов-недобитков и диверсантами. Это приводило к неминуемым потерям в рядах «зелёных фуражек». В частности, 18 октября погиб красноармеец-сапёр Алексей Данилович Свиридов, 24 или 25 октября (точно неизвестно) – другой сапёр – красноармеец Степан Егорович Голованов (Галаванов), а 26 октября - красноармеец Ашраф Салиев (должность неизвестна).

Приблизительно в этот же период в схватке с гитлеровцами, которая произошла уже на территории Восточной Пруссии, сложил свою голову лейтенант Алексей Васильевич Курунов.

Однако уже меньше чем через месяц, 16 ноября 1944 года, начальник отряда издал приказ (№ 0031) об отводе 1-й, 2-й, 4-й и 5-й комендатур в восточном направлении за линию армейских тылов. Дело в том, что наступление 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусских фронтов в направлении на Тильзит (ныне – Советск) гитлеровцами было к концу октября остановлено на подступах к Неману. Ещё вчера стремительно наступавшие советские войска перешли к обороне. В результате подразделения девяносто пятого пограничного орденоносного оказались в боевых порядках соединений и частей 2-й гвардейской, 39-й и 43-й общевойсковых армий.

17 ноября 1944-24 января 1945 гг. - отряд совместно с другими частями пограничных и внутренних войск участвует в чекистско-войсковых операциях против бандформирований, окопавшихся в Паневежском районе Литвы. В частности, в декабре сорок пятого он в течение двенадцати суток вёл здесь боевые действия в составе сводного боевого отряда (23-й и 95-й погранотряды, 137-й и 261-й стрелковые полки внутренних войск), возглавляемого лично начальником Управления пограничных войск НКВД Литовского округа генерал-майором М.С. Бычковским. В результате разгромленными оказались пятнадцать бандгрупп. Всего в ходе данной операции были уничтожены 284 бандита, а 800 захвачены и переданы затем в руки правосудия. Вот некоторые эпизоды, которые донесли до нас архивные документы.

В ночь с 28 на 29 декабря 1944 года в результате слаженных совместных действий двух разведывательно-поисковых групп (старших лейтенантов Волкова и Шевченко) в лесу, расположенном в 2 км северо-западнее деревни Ропиды Паневежского уезда была обезврежена совсем недавно заброшенная гитлеровским командованием в наш тыл диверсионно-разведывательная группа из одиннадцати человек. На след диверсантов удалось выйти накануне, благодаря показаниям захваченного в плен радиста этой самой группы.
К 20.00 подчинённые старших лейтенантов Волкова и Шевченко выявили и окружили землянку фашистов.
Стремясь избежать не нужных потерь с обеих сторон, старший лейтенант Волков в сопровождении трёх пограничников и пленного немца-радиста, в полный рост двинулся вперёд. Остановившись у дверей землянки на расстоянии броска гранаты, он через немца-радиста, выполнявшего теперь роль переводчика, потребовал от диверсантов сложить оружие. Однако в ответ прозвучал залп, а потом полетели гранаты. При этом сам старший лейтенант Волков и двое из троих сопровождавших его бойцов – Свиридов и Иванов – получили осколочные ранения.

Если враг не сдаётся – его уничтожают: заранее изготовившиеся к бою, старший лейтенант Шевченко и бойцы Титов и Храмцов скрытно подползли к землянке и прицельно метнули в её амбразуры по гранате.
Однако и это не отрезвило фашистов: выскочив через двери наружу, пятеро, очевидно, самых отчаянных кинулись на пограничников в рукопашную. Один из них даже сумел схватить вставшего на его пути старшего лейтенанта Скромчедашвили за горло. На выручку офицеру немедленно пришёл красноармеец Храмцов. Выстрелом, сделанным в спину врагу, он убил того наповал. Ещё троих диверсантов сразил наповал старшина Компаниец, а пятого, последнего, уже в ходе преследования, - смертельно раненный осколками брошенной тем гранаты красноармеец Ю.Г. Дунаев.

Пока группа оцепления расправлялась с пятёркой пошедшей на прорыв, краснормейцы Титов и Храмцов, вновь ползком подобравшись к землянке, бросили во внутрь несколько гранат, после чего выстрелом из ракетницы в проём двери подожгли её. В результате нашли свою смерть остальные семеро не пожелавших сложить оружие фашистов.

К сожалению, с нашей стороны помимо вскоре скончавшегося от ран красноармейца Юрия Григорьевича Дунаева была ещё одна безвозвратная потеря – вражеская пуля пробила сердце красноармейца Григория Семёновича Герасименко.

За мужество и героизм, проявленные в бою по ликвидации данной диверсионно-разведывательной группы врага, ордена Красной Звезды были удостоены старшие лейтенанты Волков и Шевченко, а медали «За боевые заслуги» - старшина Компаниец и красноармейцы Ю.Г. Дунаев (посмертно), Титов и Храмцов.
9 января 1945 года в ходе одиннадцатичасового боя с настигнутой в Скопишском лесу (ныне территория Мариямпольского района Литвы) бандой численностью в семьдесят человек совершил свой бессмертный подвиг помощник начальника политотдела 95-го пограничного ордена Ленина отряда войск НКВД СССР Управления пограничных войск НКВД Литовского округа по комсомольской работе лейтенант Николай Титович Столяров (1919-1945).

Как следует из архивных документов, лейтенант Н.Т. Столяров во главе боевой группы из пяти человек нанёс смелый удар в центр полевого лагеря бандитов, чем привёл последних в замешательство. Это же одновременно позволило двум другим боевым группам – офицеров Кутузова и Лапицкого - нанести неожиданные фланговые удары.

«Лейтенант Столяров всё время был впереди, выстрелами из пистолета убил лично сам двух бандитов.
Целью дальнейшего боя лейтенант Столяров поставил: прорваться к бункеру, откуда вели огонь бандиты из двух пулемётов, и уничтожить их. В этот момент лейтенант Столяров был убит. Задача, поставленная им бойцам своей группы, была достигнута – бандиты-пулемётчики были убиты».

Некоторые обстоятельства героической гибели лейтенанта Н.Т. Столярова изложены и в статье начальника Управления пограничных войск НКВД Литовского округа генерал-майора М.С. Бычковского «Боевые задачи пограничников», опубликованной в красноармейской газете Управления пограничных войск НКВД Литовского округа «Пограничник Литвы» (№ 1 от 15 февраля 1945 года, стр. 2): «Беззаветная преданность народу, верность сталинским указаниям, высокий моральный дух и боевое мастерство – вот что прежде всего характеризует боевую деятельность пограничников советской Литвы… До последней капли крови дрались с фашистскими разбойниками лейтенант Столяров и ефрейтор Павел Бадулин, которых вражеские пули сразили в тот момент, когда они приготовились к метанию очередных гранат. Честь и слава героям-пограничникам, память о которых мы сохраним всегда».

Помимо лейтенанта Н.Т. Столярова, красноармейцев Г.С. Герасименко и Ю.Г. Дунаева в ходе контртеррористических операций ноября 1944-января 1945 года также погибли: 28 ноября - красноармейцы И.Д. Иглин и И.Д. Целин; 11 декабря - заместитель командира отделения красноармеец Д.А. Хамраев; 12 декабря - комсорг 4-й пограничной комендатуры старшина Григорий Самойлович Кац; 14 декабря – красноармеец-пулемётчик С.Ф. Евсеев; 19 декабря – старший лейтенант Иван Фомич Бодренко (должность неизвестна); 22 декабря - красноармеец-связист Ф.М. Грязнов; 29 декабря - красноармейцы-стрелки; 8 января – красноармеец-кавалерист М.И. Плишкин; 9 января – стрелки ефрейтор И.И. Долгов и красноармеец В.Г. Ясаков; в январе 1945 года (но точная дата неизвестна) - Николай Васильевич Лемёшкин. Всего – трое офицеров и двенадцать солдат. Вечная им память и людская благодарность!

Всего, по воспоминаниям ветеранов полка, в период с августа 1944 года по 20 января 1945 года воинами девяносто пятого орденоносного в приграничье с Восточной Пруссией было выявлено, задержано и передано в руки советского правосудия 9061 человек из числа преступных элементов, в том числе 248 активных членов незаконных вооружённых формирований, 167 пытавшихся вырваться из окружения военнослужащих вермахта и, наконец, 128 засланных в наш тыл с диверсионно-террористической миссией агентов немецкой разведки.
24 января 1945 года девяносто пятый пограничный орденоносный на основании приказа начальника Управления пограничных войск НКВД Литовского округа генерал-майора М.С. Бычковского № 03027 от 22 января 1945 года сосредоточился в приграничном к Восточной Пруссии литовском городе Таураге, чтобы вновь приступить к охране Государственной границы СССР. Однако к охране, специально уточним, теперь уже не советско-германской границы, а литовско-германской, демаркированной по договору между Литвой и Германией от 1928 года, то есть по западному рубежу (река Неман) освобождённой из-под нацистской оккупации Клайпедской области!
Первые наряды на охрану новой границы вышли 12 февраля 1945 года. К этому времени подразделения 95-го погранотряда уже располагались:

- штаб и 3-я погранкомендатура (впоследствии была расформирована) – город Таураге;
- 1-я погранкомендатура – восточнопрусский город Шиббен (ныне – литовский посёлок Гайдяляй);
- 2-я погранкомендатура – восточнопрусский посёлок Штонишкен (ныне – литовский Стонишкяй);
- 4-я погранкомендатура – восточнопрусский город Погеген (ныне – литовский Пагегяй Шилутского района);
- 5-я погранкомендатура – восточнопрусский посёлок Вишвилль (ныне – литовский Вешвиле).

Взятый тогда под охрану участок протянулся по правому берегу реки Неман от залива Куришес-Хафф (ныне – Куршский залив) до восточнопрусского населённого пункта Аугстогаллен (ныне – литовский Смалининкай), то есть фактически по всему руслу Немана вдоль линии границы современной Литовской Республики с современной Калининградской областью РФ.
Как свидетельствуют архивные документы, регулярно «на участке отряда появлялись одиночки и мелкие группы немецких солдат и офицеров из разгромленной Либавской группировки, пытавшиеся пробраться в Германию через государственную границу. Многие из них были вооружены и оказывали вооружённое сопротивление пограннарядам при задержании».

Так, в 8.00 30 мая 1945 года пограничный наряд в составе сержанта Петрова и красноармейца Иванова заметил двух неизвестных скрытно пробиравшихся в сторону Восточной Пруссии. О появлении нарушителей был оперативно поставлен в известность начальник заставы лейтенант Горнаков, который тут же по горячему следу отправил тревожную группу в составе красноармейцев Зубарева (старший) Смирнова и Ферапонтова.
В 8.45 на северной опушке отдельно стоящей рощицы неизвестные были настигнуты и в ходе короткой перестрелки уничтожены ответным автоматным огнём. У убитых были обнаружены и на правах вещдоков изъяты два боевых пистолета производства Германии с боекомплектом в восемьдесят патронов, личные документы военнослужащих вермахта, компас и топографическая карта.

Сразу два боестолкновения с нарушителями государственной границы СССР воины части имели 4 июня.
Первое из них произошло на участке, где нёс службу наряд, возглавляемый старшиной Токмаком. Последний и двое его подчинённых – красноармейцы Алёхин и Чилая – выявили тогда двоих унтер-офицеров вермахта, которые также, сверяя путь по топографической карте, лесами пробирались из Курляндии в Восточную Пруссию.
При приближении пограничников, немцы, заняв огневую позицию в развалинах бывшего хутора, пустили в ход пистолеты и прицельными выстрелами с дальней дистанции сумели ранить красноармейца Алёхина. Однако ответным автоматным огнём оба были убиты.

Участники второго боестолкновения – ефрейтор Рублёв и красноармеец Потапов. Они встали тогда на пути двух вооружённых нарушителей госграницы, которые, напротив, держали путь из Восточной Пруссии вглубь советской территории. В ходе короткой схватки, которая произошла после трёхкилометровой погони, один неизвестный был убит вышедшим наперерез красноармейцем Потаповым, а второй захвачен живым.
Одновременно пограничники девяносто пятого орденоносного принимали участие в борьбе с бандитизмом, в том числе и в разгроме диверсионно-разведывательных групп гитлеровцев, которые, говоря языком архивного документа, «по заданию Абвера совершали террористические акты против советского и партийного актива. Срывали мероприятия партии и советского правительства, направленные на восстановление народного хозяйства территории, освобождённой от немецкой оккупации».

Ход одной из таких чекистско-войсковых операций был, в частности, подробно описан в 32-м номере от 14 июня 1945 года газеты Управления пограничных войск НКВД Литовского округа «Пограничник Литвы»: «..Первой вступила в бой группа пограничников лейтенанта Естюшева. Он заметил заслон банды в составе 3-х человек и сам лично, автоматной очередью уничтожил их.

Бой разгорелся быстро. Стычка лейтенанта Естюшева с заслоном банды явилась сигналом для главного отряда банды, которая располагалась в землянках, в нескольких стах метров от выставленного заслона. Банда быстро заняла оборону и подготовилась к бою. В тактическом отношении она была в наиболее выгодном положении. Бандиты засели в 4-х бункерах, расположенных друг от друга в радиусе 250 метров. Вокруг всех бункеров бандиты отрыли окопы, соединили их ходами сообщения. Бункеры находились на возвышенности, в густом лесу, имели хороший обзор и круговой обстрел на подступах к землянкам. Совершенно другое положение занимала комендатура - она наступала из лощины. Густой лес и кустарник ограничивали обзор и обстрел, кроме того, банда заранее знала и была осведомлена о действиях комендатуры и подготовилась к обороне. Бандой командовал литовский националист в звании капитана, инженерные сооружения строили под руководством немецкого офицера. Бой быстро принял ожесточённый характер. Благодаря смелым и решительным действиям начальника заставы лейтенанта Заикина, младшего лейтенанта Тюрина и старшего лейтенанта Сетниченко, благодаря самоотверженности всего личного состава, комендатуре удалось быстро зажать банду в клещи с трёх сторон. Однако банда, имея преимущество в тактическом отношении, всё усиливала огонь из винтовок, ручных пулемётов, автоматов, забрасывала личный состав гранатами, пустила в дело немецкие фаустпатроны.
Несмотря на сильный натиск личного состава, банда вела огонь организованно, по команде. Личный состав отчётливо слышал их голоса. Уже первые минуты боя показали, что бой с хорошо вооружённой и организованной бандой будет жарким. Было ясно, что в бункерах бандитов взять трудно. Командиры решили пойти на хитрость: начали подавать сигналы автомашины. Бандиты подумали, что прибыло большое подкрепление. В стане врага началась паника, в рядах наших подразделений - подъём и воодушевление.

В лесу загремело мощное русское «ура». Пограничники поднялись и пошли на штурм врага. Враг дрогнул, [начал] рассредоточиваться на мелкие группы, которые стали разбегаться по сторонам. Немногим пришлось уйти - мощный огонь пограничников наповал косил бандитов. Однако отдельным группам удалось выйти из окружения и занять следующие, заранее подготовленные окопы и вести по пограничникам огонь.
Решительно и смело пограничники преследовали врага. Одну группу преследовала застава лейтенанта Заикина. Густой лес ограничивал всякую видимость. Чувствуя своё превосходство, бандиты усиливали огонь. Бойцы один за другим докладывали об израсходовании боеприпасов. Лейтенант Заикин отдал приказ: «Ни шагу назад, экономить патроны, стрелять только по видимым целям, выбить противника из ближайшего окопа и пополнить боеприпасы за счёт противника».

Приказ командира был выполнен с точностью. Бойцы экономили каждый патрон, подбирались к противнику всё ближе и ближе, а затем по команде командира, решительным ударом выбросили противника из его окопов, пополнили боеприпасы.

Четыре пограничника во главе с мл. сержантом Сулимом, увлекшись преследованием банды, неожиданно оказались перед бункером врага. Из амбразур бандиты по ним открыли огонь из двух пулемётов. Вышел из строя раненый сержант Сулим, ранен в левую руку и живот пулеметчик Затонский, но продолжал вести огонь до последнего патрона. Но даже в такой обстановке пограничники не растерялись. Бойцы Назарцев и Апресян, отстреливаясь, отходили с ранеными, а рядовой Асатурян остался на месте и вёл огонь из винтовки, отвлекая часть огня противника на себя, облегчая отход товарищей. Когда раненый пулеметчик Затонский прекратил огонь из пулемёта, рядовой Асатурян метким выстрелом убил вражеского пулемётчика и, воспользовавшись замешательством врага, подполз к пулемёту и открыл огонь по врагам.

Мужество и отвагу проявил рядовой - ручной пулемётчик Ченин. Группа мл. лейтенанта Тюрина, в которой находился Ченин, преследовала и вела бой на левом фланге главного узла сопротивления банды. Специально устроенный лесной завал, который бандиты держали под прицельным огнём, мешал продвижению пограничников. Бандиты понимали это и продолжали отсиживаться в окопах. Пулемётчик Ченин решил задать бандитам «огонька». Рискуя жизнью, он подполз под завалом, заняв удобную позицию, и открыл сильный, внезапный огонь из пулемёта. Бандиты залегли. В это время младший лейтенант Тюрин поднял своих бойцов, поднялись и пошли на штурм окопов группы пограничников, действующие справа. Так, в результате разумной инициативы пулемётчика Ченина, его решительности и самоотверженности противник был уничтожен.

Свыше трёх часов вела бой комендатура с озверелым и обнаглевшим врагом. Личный состав проявлял исключительную стойкость, мужество и отвагу.
На поле боя оказалось 43 вражеских трупа, два бандита были взяты в плен, подобрано 3 ручных пулемета, 7 автоматов, 17 винтовок, два охотничьих ружья, 35 гранат, 10 фаустпатронов, около 10 тысяч разных патронов. В землянках врага обнаружен радиоприемник, контрреволюционные листовки, пишущая машинка и другие документы».

Всего, согласно Книге Памяти пограничных войск, в период с февраля по сентябрь сорок пятого в боестолкновениях с нарушителями госграницы и террористами из незаконных вооружённых формирований, действовавших в тот период на территории бывшей Литовской ССР, погибло в общей сложности девять военнослужащих 95-го погранотряда и один пропал без вести. Назовём их поименно: представители сержантского состава - помощник начальника службы материально-технического снабжения части старшина Николай Николаевич Веригин (27 мая, похоронен был на пограничном кладбище города Таураге), оружейный мастер сержант Николай Николаевич Ивлев (18 февраля), стрелок младший сержант Павел Иванович Бобылев (6 августа) и сапёр младший сержант Иван Григорьевич Филин (16 мая в районе бывшего восточнопрусского города Ноенфорда); солдаты - пулемётчик ефрейтор Саркис Мативосович Мерзоян (27 мая), красноармейцы – сапёр Александр Николаевич Ефремов (15 февраля, похоронен был в городском саду бывшего восточнопрусского города Шиббена), стрелки Ляпкин (12 февраля в Паневежском уезде), Селих Галимович Харасов (12 мая, похоронен был в литовском городе Казлу-Руда) и Михаил Васильевич Сушков (10 мая в литовском городе Каунасе).
Пропавший без вести - красноармеец Василий Фёдорович Богданов (в 1945 году, но где и когда неизвестно).
«Калининградцами» в современном понимании этого слова воины 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина отряда войск НКВД СССР стали осенью сорок пятого: в соответствии с приказом начальника Управления пограничных войск НКВД Литовского округа № 04583 от 9 октября 1945 года 95-й погранотряд под командованием своего начальника полковника Скородумова совершил марш по маршруту: литовский город Пагегяй – восточнопрусский город Гердауен (ныне – посёлок Железнодорожный Правдинского района), после чего сосредоточился на территории современного Правдинского района Калининградской области:

- штаб – город Фридланд (ныне - Правдинск);
- 1-я погранкомендатура – город Домнау (ныне – посёлок Домново);
- 2-я погранкомендатура – посёлок Бёттхерсдорф (ныне – Севское);
- 3-я погранкомендатура – город Гердауен (ныне – посёлок Железнодорожный);
- 4-я погранкомендатура – город Норденбург (ныне – посёлок Крылово).
Всего по периметру - 60,45 километра.

12 октября 1945 года отряд, имея на стыках отряды: справа - 115-й пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды отряд (бывший одноимённый 31-й погранполк), а слева – 97-й пограничный, приступил на обозначенном выше участке к охране новой (по договору от 16 августа 1945 года) советско-польской границы.
В Исторической формуляре отряда в разделе «Участие в соц. строительстве» имеется запись: «За период с ноября по декабрь 1945 года в связи с отсутствием на участке советского населения работа с местным населением не проводилась».

16 января 1946 года отряд получил новое условное наименование – «в/ч 12652», а на 16 декабря того же года уже организационно состоял из штаба, шести пограничных комендатур, двадцати восьми погранзастав, шести застав боевого обеспечения и манёвренной группы.
1 января 1947 года участок госграницы протяжённостью 17,75 км, находившейся прежде в зоне ответственности 4-й погранкомендатуры, был передан под охрану 24-му пограничному Кёнигсбергскому ордена Красной Звезды отряду (бывший – одноимённый 115-й), в свою очередь 95-й орденоносный принял под охрану участок границы протяжённостью 70,2 км, который раньше находился в зоне ответственности накануне расформированного (но с переформированием в одноимённый 24-й) 115-го пограничного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды отряда. В результате общая протяжённость границы в зоне ответственности 95-го погранотряда достигла 112 километров. Теперь стыки обеспечивали: справа - 23-й пограничный дважды Краснознамённый отряд, а слева другой орденоносный – 24-й…

В июле 1947 года отряду было присвоено нынешнее условное наименование – «в/ч 2297».
С 31 октября 1947 года коллектив физической культуры 95-го погранотряда вошёл в состав Калининградского «Динамо», при этом начальник отряда полковник Скородумов в этот же день был избран членом Областного совета ДСО «Динамо» при Управлениях МГБ и МГБ по Калининградской области.
13 ноября 1948 года пограничная застава отряда, дислоцирующаяся в городе Багратионовске, как передовая в войсках Литовского округа (но наряду с другими лучшими подразделениями ПВ Союза) была представлена Политуправлением пограничных войск МВД СССР для награждения Почётной грамотой ЦК ВЛКСМ. В данном документе, в частности, было сказано: «…Пограничная застава ордена Ленина пограничного отряда войск Литовского округа (секретарь комсомольской организации сержант Маслов).

На этой заставе воспитывался погибший в боях с немецкими захватчиками Герой Советского Союза заместитель политрука комсомолец Василий Утин. В период Великой Отечественной войны личный состав заставы проявил храбрость и мужество при прорыве вражеской обороны на Таманском полуострове, за что застава получила благодарность командования, а участники боёв были награждены орденами и медалями. В период 1944-1945 гг. застава участвовала в боях по ликвидации бандитизма в Литовской ССР.
В настоящее время застава охраняет важный участок государственной границы. Только за I полугодие 1948 г. личным составом задержано 4 вражеских лазутчика. В течение 1948 г. на заставе не было ни одного случая нарушения воинской дисциплины.

В достижениях заставы серьёзную роль играет комсомольская организация. Все комсомольцы служат примером для личного состава. 90 % комсомольцев несут службу старшими пограничных нарядов. Такие комсомольцы, как Жмаков, Баготовский, Молдабеков, Медведев, Назарцев, Тищенко, имеют по несколько задержаний нарушителей границы. Они изготовили 245 сигнальных приборов. За последние два года комсомольцы заставы имеют только хорошие и отличные показатели по службе, боевой и политической подготовке.
Комсомольская организация большое внимание уделяет культурно-массовой и физкультурно-спортивной работе, Например, в 1948 г. все комсомольцы сдали нормы комплекса ГТО I ступени».

В 1948-1951 годах в рядах личного состава 95-го пограничного ордена Ленина отряде войск МВД-МГБ СССР Управления пограничных войск МВД-МГБ Литовского округа срочную военную службу проходил будущий знатный калининградский труженик и Герой Социалистического Труда Валентин Александрович Смирнов (1930-1992): командир отделения, а затем старшины 7-й пограничной заставы (ныне – погранзастава «Широкое»), дислоцирующейся на территории Правдинского района. Совместно с однополчанами он в тот период неоднократно принимал участие в боестолкновениях с вооружёнными бандгруппами литовских националистов, пытавшихся с боем прорваться через Государственную границу на территорию Польши.
95-й погранотряд в первой половине 1950-х стал строкой в биографии и Героя Советского Союза офицера Петра Евтихиевича Гусакова: последняя его должность здесь на момент убытия в 1955 году к новому месту службы в Одессу - контролёр КПП «Багратионовск».

В период с 19 сентября 1952 года по 10 апреля 1953 в составе отряда «в связи с приёмом под охрану морского участка Государственной границы» на правах штатной структуры находился дивизион пограничных сторожевых кораблей 2-го разряда - всего 13 судов и 248 человек личного состава.
На основании приказа МВД СССР № 00320 от 2 июня 1953 года 95-й пограничный ордена Ленина отряд был включён в состав Управления пограничных войск МВД Белорусского округа (с 20 февраля 1954 года – УПВ МВД Западного округа), а на основании приказа МВД СССР № 0080 от 23 марта 1956 года принял в себя большинство подразделений расформированного приказом МВД СССР № 0063 от 10 марта 1956 года 24-го пограничного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды отряда – шесть погранзастав, охранявших участок границы протяжённостью 90,656 км.

Таким образом, 95-й погранотряд стал правопреемником боевой славы бывшего 31-го пограничного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды полка, унаследовав от него воинское почётное наименование «Кёнигсбергский» и орден Красной Звезды № 897635. Последний вместе с Грамотой Президиума Верховного Совета СССР № 737/605 от 28 мая 1948 года был передан отряду из Музея пограничных войск МВД СССР 13 апреля 1956 года.

После слияния двух орденоносных частей в зоне ответственности ново созданного 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина и Красной Звезды отряда уже находился участок границы общей протяжённостью 255,944 км. Соседом справа у него по-прежнему был 23-й пограничный дважды Краснознамённый отряд Управления пограничных войск МВД Ленинградского о округа, а вот слева уже - 16-й пограничный отряд Управления пограничных войск МВД Западного округа.
На основании приказа КГБ при Совете Министров СССР № 00325 от 28 июня 1957 года 95-й погранотряд был включён в состав новообразованного Управления пограничных войск КГБ при Совете Министров СССР Западного округа.

С 14 марта 1960 года – в непосредственном подчинении командования Оперативной группой пограничных войск КГБ при Совете Министров Белорусской ССР.
В соответствии с приказом начальника Оперативной группы пограничных войск КГБ при Совете Министров Белорусской ССР № 004 от 8 августа 1960 года управление, школа сержантского состава, подразделения обслуживания были передислоцированы из Правдинска в город Багратионовск. Впоследствии (1 февраля 1966 года в соответствии с приказом КГБ при Совете Министров СССР № 00183 от 31 декабря 1965 года) управление отряда разместилось в своём нынешнем военном городке, что в Калининграде по улице Суворова, 15. Передислокация была вызвана необходимостью разместить в бывшем Багратионовском военном городке отряда новосоздаваемое Военно-техническое училище КГБ при Совете Министров СССР.

Утром 14 июня 1963 года в восьми километрах от линии советско-польской границы личным составом 7-й пограничной заставы после бессонной ночи поисков был настигнут и задержан неизвестный, пробиравшейся вглубь нашей территории. Старт данной операции был дан накануне вечером, когда комсорг заставы рядовой Новиков проверке контрольно-следовой полосы обнаружил следы человека, который, чтобы сбить пограничников с толку, перешёл границу с территории Польши спиной назад.
Нарушитель, с соблюдением всех правил маскировки прятавшейся в лесных зарослях, был обнаружен на рассвете 14 июня нарядом в составе инструктора политотдела части по комсомольской работе сержанта Николаева и пограничника рядового Ергина.

За ратную доблесть, проявленную в ходе операции по задержанию нарушителя Государственной границы, сержант Николаев и рядовые Ергин и Новиков впоследствии были удостоены нагрудного знака «Отличный пограничник».

По итогам социалистического соревнования, проводившегося в 1963 году в честь 45-летней годовщины со дня создания пограничных войск, звания «Отличная» было присвоено 2-й пограничной заставе 95-го (Багратионовского) погранотряда, а сам отряд удостоен общей оценки «Хорошо». В связи с этим в адрес личного состава данной части поступило сразу два письменных приветствия: первое – из Москвы, от первых лиц Главного пограничного управления КГБ при Совете Министров СССР, а второе – из Киева, от командования Западного пограничного округа.

Постановлением Совета Министров РСФСР № 599-72 от 20 мая 1964 года пограничной заставе 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина и Красной Звезды отряда, дислоцирующейся в городе Багратионовске, было присвоено имя Героя Советского Союза замполитрука В.И. Утина. Здесь же в 15.00 28 мая 1968 года был торжественно открыт бронзовый бюст Героя.

Напряжённым для личного отряда выдался 1964 год: выявлено и задержано 87 нарушителей Государственной границ, при этом девять раз, чтобы не позволить нарушителям безнаказанно скрыться, пограничники были вынуждены привлекать к себе в поддержку дружинников и военнослужащих дислоцировавшихся вдоль линии границы воинских частей Советской Армии.

1966 год. Высокую ратную выучку продемонстрировал личный состав сапёрного взвода отряда, построив и сдав в эксплуатацию 35 километров улучшенных грунтовых дорог и свыше 230 погонных метров мостов. Вот только некоторые фамилии передовиков: скреперист младший сержант Особливый, сапёры рядовые Пассик и Сербин, трактористы рядовые Лопашов и Влатонов…

19 июля 1967 года военнослужащий 6-й пограничной заставы рядовой И.П. Серговец, находясь в дозоре у дороги Багратионовск (СССР) – Бартошице (ПНР), задержал с поличным двух поданных, преднамеренно нарушивших с территории Польши Государственную границу СССР от видом празднолюбопытствующих туристов.
23 октября 1975-2 сентября 1992 гг. - в составе войск Краснознамённого Прибалтийского пограничного округа. В этот же период времени в оперативном подчинении 95-го отряда находилась пограничная комендатура «Капсукас – Мариямполь» 16-го (Гродненского) пограничного отряда, чьи девять застав (в том числе две именные – 21-я имени Героя Советского Союза С.А. Ваупшаса и 22-я имени героя-пограничника лейтенанта П.М. Кубова) охраняли участок советско-польской границы общей протяжённостью 103,7 км.

На основании приказа КГБ при Совете Министров СССР от 16 июня 1976 года из состава части были выведены контрольно-пропускные пункты «Калининград» (в составе отряда находился с 1965 года), «Железнодорожный» (в составе отряда с 1955 года), «Мамоново» (был сформирован в составе отряда в декабре 1958 года) и «Багратионовск» (в составе отряда с января 1947 года). Сведённые вместе, они с этого момента составили новую самостоятельную воинскую часть - Отдельный контрольно-пропускной пункт (ОКПП) «Калининград» (ныне – в составе современного Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области).

Наглядное представление о буднях Кёнигсбергского дважды орденоносного на рубеже 1970-х-1980-х гг. даёт статья его начальника полковника В. Костенко «Традициям отцов верны», помещённая на страницах 1 и 2 25-го номера газеты Краснознамённого Прибалтийского пограничного округа «На советских рубежах» от 6 апреля 1980 года: «Наиболее активно и целеустремленно организуют и проводят работу по выполнению задач надёжной охраны государственной границы коммунисты-руководители, партийные организации застав, где служат офицеры тт. Громов А.Г., Попов О.Б., Бараченя И.С., Ляшенко В.А., Малыха И.С. и многие другие. Здесь сумели создать высокий патриотический и деловой настрой личного состава, атмосферу высокой ответственности, организованности и порядка, более целеустремленно и конкретно осуществляется руководство службой. Правофланговыми в этом важном деле идут коммунисты. Среди них офицеры Стороженко А.С., Швец Н.М., Четверяков А.Н., Париенко Н.В., Туриевский С.Н., прапорщики Зеленко В.П., Михненко М.А., Кравченко Н.А., Русманов В.Е., сержанты и солдаты: Овчинников А., Аксёненко А., Щербаков П., Филимонов С., Xyзин И., Гаянов Р., Орлов Е. и другие.

Наши будни полны примеров умелых и решительных действий воинов. Вот некоторые из них. Пограничный наряд заставы офицера Громова А.Г. в составе сержанта Муханова С. и рядового Буйволого М. нёс службу ночью в условиях непогоды. Умело используя прибор ночного видения, пограничный наряд обнаружил неизвестного, нарушившего границу. Прошли считанные минуты, и нарушитель был задержан. За умелую организацию службы, решительные действия личный состав наряда поощрён командованием.
Другой пример. На заставу поступил сигнал с границы. Тревожная группа в составе начальника заставы офицера Гордона В.H., рядового Чмырёва М., ефрейтора Емельянова Н., рядового Унковского В. выехала на участок, организовала преследование нарушителя.

Пытаясь уйти от пограничников, нарушитель применял разные ухищрения, изменял маршрут и направление движения, продирался через густой кустарник, шёл ручью. Но никакие уловки не помогли ему. Пограничники, проявив мастерство, физическую выносливость, настигли и задержали непрошенного гостя.
Примеры высокой бдительности и умелых действий воинов есть и на других заставах. За образцовое несение службы по охране государственной границы СССР большая группа пограничников награждена правительственными наградами.

Боевое и служебное мастерство, высокая воинская дисциплина и крепкий моральный дух личного состава, тактическая и оперативная зрелость офицеров - вот слагаемые успеха надёжной охраны границы..
Благодаря соревнованию, в истёкшем году каждый третий воин отряда стал отличником боевой и политической подготовки, почти каждый второй - классным специалистом.

За успехи в охране государственной границы, высокие результаты в боевой и политической подготовке пограничный отряд награждён переходящим Красным Знаменем Военного совета войск округа…
В решении задач охраны государственной границы воины нашего отряда всегда получают самую горячую поддержку и практическую помощь со стороны Калининградского обкома партии, местных партийных, советских и комсомольских органов, всего населения пограничных районов.
Узы тесной дружбы связывают воинов отряда с местными жителями. Они всегда готовы прийти на помощь пограничникам. На участке отряда созданы и активно действуют добровольные народные дружины. Грудь многих дружинников украшают медали «За отличие в охране государственной границы СССР», среди них Смирнов В., Титов С., Сальков С., Мирошников Н., Захаренко В., Шатров М., Малануха М., Павлов В., Аковитый А., 3данене О., Тамошайтис Б., Забура В., Милюнас Г., Силицкас И., Радчунас П. и многие другие. Пограничники отряда высоко ценят патриотическую помощь трудящихся, жителей приграничья, заботу партийных, советских и комсомольских органов в охране границы и отвечают на неё дальнейшим повышением бдительности в службе, напряжённой боевой учёбой».

Со 2 сентября 1992 года 95-й пограничный Кёнигсбергский ордена Ленина и Красной Звезды отряд – в своём нынешнем статусе: соединение современного Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области.

Приказом директора Федеральной пограничной службы РФ его пограничным заставам были присвоены имена:
- приказом от 6 мая 1999 года пограничной заставе, дислоцировавшейся на берегу Балтийского моря в черте города Зеленоградска (ныне – пограничная застава «Рыбачий», что на Куршской косе), - имя героически погибшего 3 сентября 1951 года в Эстонии в бою с диверсантами-террористами старшего лейтенанта Михаила Матвеевича Козлова (с лета 2003 года имя этого героя-пограничника носит другая морская пограничная застава 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина и Красной Звезды отряда - «Рыбачий», что на Куршской косе);
- приказом № 407 от 26 июля 1999 года пограничной заставе «Новосёлово» (район посёлка Иванцёво Багратионовского района) по ходатайству командования 95-го погранотряда - имя Героя Советского Союза гвардии лейтенанта Ивана Мартыновича Ладушкина – советского танкиста, погибшего в ходе Восточно-Прусской стратегической наступательной операции в непосредственной близости от того места, где сейчас располагается военный городок данной пограничной заставы.

Таким образом, на сегодняшний день в составе части три именные пограничные заставы:
- имени старшего лейтенанта Михаила Матвеевича Козлова;
- имени Героя Советского Союза гвардии лейтенанта Ивана Мартыновича Ладушкина;
- имени Героя Советского Союза замполитрука В.И. Утина.
Наименование 95-го пограничного отряда увековечено в названии одной из улиц города Синельниково Днепропетровской области Украины – «Улица 95-го пограничного отряда». А одна из улиц города Багратионовска Калининградской области, как уже говорилось выше, на основании решения исполкома районного Совета депутатов трудящихся № 183 от 15 сентября 1967 года носит имя воспитанника отряда Героя Советского Союза замполитрука В.И. Утина.

Согласно 5-го тома Книги Памяти пограничных войск, в период с 1952 по 2000 годы не менее восьми военнослужащих в/ч 2297 погибли при исполнении служебных обязанностей: 26 марта 1957 года – стрелок 4-й пограничной заставы рядовой Андрей Григорьевич Овчинников; 31 мая 1958 года – пулемётчик 16-й пограничной заставы рядовой Иван Харитонович Шаталов; 25 сентября 1958 года в автокатастрофе – радиомастер роты связи младший сержант сверхсрочной службы Георгий Дорофеевич Маралов; 17 июня 1962 – стрелок 3-й пограничной заставы рядовой Анатолий Павлович Павлов; 7 декабря 1982 года – заместитель начальника погранзаставы капитан Владимир Антонович Олейник; 8 мая 1986 года – автоэлектромеханик рядовой Виктор Валентинович Рябышев; 4 сентября 1993 года – водитель рядовой Александр Николаевич Степанов; 30 октября 1989 года – старший оператор 3-й пограничной заставы рядовой Игорь Александрович Шакин (трое последних – в автокатастрофах).

Автор: Юрий Ржевцев

emblema pogranvoiskГерб ПС ФСБ РФ