Первый портал пограничников
Объединение ПВ и МЧПВ
ГЛАВНАЯ  |  ФОРУМ  |  СЛЕНГ  | 

Авторизация  



Регистрация на форуме  

Загрузки на форуме  

Пожалуйста, сделайте папку кэша доступной для записи.

От первого дня до последнего. Часть первая. - страница 4

От первого дня до последнего. Часть первая. - страница 4

PDFПечатьE-mail
Оглавление
От первого дня до последнего. Часть первая.
страница 2
страница 3
страница 4
страница 5
страница 6
Все страницы

«На Шяуляйском и Рава-Русском направлениях противник, вклинившийся с утра в нашу территорию, во второй половине дня контратаками наших войск был разбит и отброшен за госграницу».
Из сводки Главного командования Красной Армии за 23 июня 1941 года


«Рава-Русский погранотряд: комендатура (без 4-й заставы) в течение 23 и 24 июня 1941 года совместно с кавполком удерживает рубеж. Мосты — Велъки. До роты пограничников совместно с гарнизоном железнодорожного полка в 9.00 занимают рубеж северной и восточной окраин Равы-Русской».
Из боевого донесения от 26 июня 1941 года



91-й Рава-Русский пограничный отряд охранял участок государственной границы от Сокаля до Олешицы протяженностью 162 километра. Начальником отряда был майор Я. Д. Малый. 

На этом направлении наступала 17-я немецкая армия. Гитлеровское командование рассчитывало овладеть Равой-Русской в течение двух часов, но и этот план был сорван.

 

В книге «Великая Отечественная война Советского Союза. 1941–1945 гг.» говорится:

«Первые удары врага передовые подразделения 41-й дивизии отражали совместно с пограничниками 91-го погранотряда, которым командовал майор Я. Д. Малый. Большую помощь им оказывали части Рава-Русского укрепленного района. С подходом основных сил дивизии оборона в районе Рава-Русской еще более упрочилась. А 23 июня части соединения, предприняв контратаку, отбросили противника за государственную границу и продвинулись до трех километров на польскую территорию. Но в связи с отходом соседей над ними нависла опасность окружения. По приказу командующего 6-й армией дивизия оставила город Рава-Русская».

Чем же объяснить, что на таком важном участке, действуя против многократно превосходящих сил противника, отряд не только выполнил возложенные на него задачи, остановил врага, но и совместно с частями Красной Армии успешно контратаковал его? Анализ боевых действий отряда показывает, что главную роль в этом сыграли прежде всего умелое распределение резервов, заблаговременная подготовка оборонительных сооружений, правильно организованная система огня, позволившая маневрировать по фронту и в глубину. Нельзя не учитывать высочайший идейно-моральный уровень защитников Советской границы и активную партийно-политическую работу, проводившуюся партийно-комсомольским активом и политработниками. Следует учесть и то, что командование и штаб отряда заранее отработали и проверили варианты возможного усиления застав за счет собственных резервов и организацию взаимодействия с командованием частей и соединений Красной Армии.

 

На участок, где располагались 1-я комендатура и резервная застава, отошла 2-я застава, в результате чего здесь была создана сильная оборона важного рубежа, который пограничники удерживали вплоть до подхода полка 3-й кавалерийской дивизии, поддержанной танками.

Но наиболее ожесточенные бои развернулись на участках 2-й и 3-й комендатур. Учитывая сложившуюся здесь тяжелую обстановку, командование усилило комендатуры. Это дало возможность задержать противника до подхода частей 41-й стрелковой дивизии, в составе которой подразделения отряда сражались за Раву-Русскую в течение пяти дней.

 

О том, как встретили врага пограничники 91-го отряда, много лет спустя рассказал Гавриил Константинович Сметанин — в огневом 41-м ефрейтор, секретарь комсомольской организации 6-й заставы 2-й комендатуры Рава-Русского отряда:

 

«Накануне нападения фашистов в помещениях заставы никто не спал, так как на сопредельной территории было неспокойно. Слышны были приглушенные звуки моторов.
С 21 на 22 июня я заступил дежурным по заставе. В 3.00 старший пограннаряда с левофлангового участка ефрейтор Пешков (с ним был также рядовой Коростылев) доложил, что на нашу территорию через границу перешла большая группа немцев, которая заняла оборудованный уровцами дот и дзот.
Ефрейтор спрашивал, что делать...


Я доложил об услышанном начальнику заставы лейтенанту Ванину, он приказал вступить в бой и ждать подхода тревожной группы. Группа в составе шести человек с двумя ручными пулеметами поспешила к нам на помощь.
Между тем поступило сообщение с правофланговой заставы о том, что село Ворон занято немцами, — оно находилось в 800 метрах от границы. Слышны были стрельба, разрывы артиллерийских снарядов на соседних заставах. Связь с ними прервалась.
Личный состав 6-й заставы занял свои места согласно боевому расчету.
В 5.00 прервалась связь с комендатурой.


Срочно собрали семьи младшего политрука Комиссарова и младшего лейтенанта Дроздовского и с красноармейцем Кокоревым отправили их на повозке в Раву-Русскую.
В тыл заставы был послан дозор во главе с младшим сержантом Клименко.
Вскоре дозор возвратился и доложил, что находящиеся в тылу заставы села Доманевка и Калиновка уже заняты немцами.


Около 14.00 начальник заставы построил пограничников во дворе заставы. Нас было примерно 30 человек, и мы направились к Раве-Русской. В лесу встретили немцев, вступили в бой, уничтожили около 20 человек, остальные бежали. Мы потерь не имели, только троих ранило.
В Раву-Русскую прибыли 23 июня в середине дня. Над городом — немецкие самолеты. Помню двух лазутчиков, которых задержали с передатчиками и ракетницами, — они корректировали удары вражеской авиации. Сразу же включились в боевые действия. Особенно отличились сержанты Клименко, Кушнаренко, рядовые Кокорев, Никифоров, Воронов, Козлов, Бобров.
Примерно в 21.00 23 июня с подходом частей Красной Армии начали атаку. Немцы этой атаки не выдержали, стали отходить, бросая раненых и убитых.


Мы перешли границу и сумели вклиниться на вражескую территорию примерно на 10 километров. Но вскоре пришлось отступить в город — гитлеровцы окружали Раву-Русскую.
В 15.00 24 июня были сформированы две группы пограничников — примерно около 100 человек. Нашей группой командовал младший лейтенант Дроздовский. В составе группы были два расчета станковых пулеметов, наш расчет состоял из пяти человек, я был первым номером».


Трижды переходил город из рук в руки, но советские воины и не помышляли об отступлении. Когда до двух батальонов фашистов просочились южнее Равы-Русской, пограничники совместно с резервом командира дивизии приняли участие в ночной контратаке. Отлично ориентируясь на местности, они бесшумно подкрались к вражеским окопам и внезапно атаковали противника. Немцы в панике бежали, оставив на поле боя свыше 100 убитых, 2 орудия, 3 пулемета, винтовки и боеприпасы. В результате успешных действий пограничников и воинов Красной Армии гитлеровцы снова были отброшены за линию государственной границы.

 

Одну из групп пограничников возглавлял помощник военкома отряда по комсомольской работе младший лейтенант Макар Степанян. Когда противник начал наступление, Степанян получил задачу оборонять западную окраину города Рава-Русская.

Атаки гитлеровцев следовали одна за одной. Подразделение пограничников, которым командовал Степанян, открыло залповый огонь. Фашисты остановились и залегли, а затем, не выдержав, побежали назад.

— За Родину, в атаку, вперед! — раздался голос Степаняна.

Отбив врага, пограничники заняли новый рубеж и стали окапываться. Спустя некоторое время противник открыл артиллерийский огонь.

 

— Приготовиться к бою, — подал команду старший лейтенант. Когда фашисты приблизились, на них обрушился огонь всех средств. Эта атака также была отбита, но за ней последовали другие. Однако, несмотря на все усилия, попытки гитлеровцев сбить пограничников с занятых позиций не увенчались успехом.

Наступил вечер. Пограничники, окопавшись, ждали новой атаки, но фашисты возобновили боевые действия лишь утром.

 

На следующий день командование отряда поставило перед подразделением младшего лейтенанта Степаняна новую задачу: ликвидировать прорыв в нашей обороне, где наступало до батальона противника. При поддержке броневика пограничники перешли в атаку и, выбив фашистов, заняли их окопы. Точные и быстрые действия советских пограничников предопределили успех боя.

Немцы не ожидали столь смелого и сильного удара. Взятый в плен унтер-офицер сказал на допросе:

«Мы были ошеломлены. Наш батальон не мог устоять против такой силы и покатился назад. Нам показалось, что за броневиком с красным знаменем шли танки...»


Однако, опомнившись, противник продолжал атаковать пограничников. В одном из оперативных донесений сообщалось:

 

«Окруженные в отдельных сооружениях наши воины яростно отражают атаки врага. Все опорные пункты под Равой-Русской ведут упорные бои».
Все меньше пограничников оставалось в боевом строю. А гитлеровцы, подтянув свежие силы, под прикрытием артиллерийского огня и авиации снова перешли в наступление.

Макар Степанян, понимая, что спасти положение может только контратака, с возгласом «За Родину!» повел бойцов на врага. Гитлеровцев снова удалось остановить. Но в разгар боя фашистская пуля сразила отважного коммуниста, сына армянского народа. Он погиб на украинской земле, защищая свое социалистическое Отечество. 

Жаркий бой разгорелся на 14-й заставе. Фашисты ворвались в здание заставы и заняли Ленинскую комнату.

Состояние пограничников выразил помощник начальника заставы лейтенант И. В. Помогайло. «Враги в Ленинской комнате — смерть им!» — крикнул он и бросил в фашистов гранату. Метким огнем пограничники выбили врага из здания заставы.

 

Потерпев неудачу, гитлеровцы применили химические средства. Застава под прикрытием огня начала отходить. Немногим удалось вырваться из окружения. Погиб и лейтенант Помогайло.

 

Путь противнику на Раву-Русскую и Львов преграждала также 17-я пограничная застава, располагавшаяся около железнодорожной станции Любача-Крулевска. Пограничники заставы защищали границу, пока не кончились боеприпасы. Начальник заставы лейтенант Ф. В. Морин, выпускник Орджоникидзевского училища НКВД, принял решение вывести личный состав из огненного кольца, а сам с группой бойцов остался прикрывать отход.

 

Когда на территории заставы появились немецкие танки и пехота, группа Морина с пением «Интернационала» бросилась в последнюю штыковую атаку. В этом неравном бою погибли все пограничники. Пал смертью героя и коммунист Федор Морин.

 

До последнего вздоха выполняли свой долг связисты-пограничники. Старший сержант Кудряшев и рядовой Крамов, обеспечивая связью штаб отряда с заставами, работали под огнем противника в подожженном со всех сторон здании. Когда фашисты полезли в окна, старший сержант Кудряшев передал последнее донесение: «Мы в огне, ломаем коммутатор, привет Родине!»

До 28 июня подразделения 91-го погранотряда сдерживали гитлеровцев у Равы-Русской, обеспечив организованный отход 41-й стрелковой дивизии. За время боев на границе с 22 по 28 июня 1941 года они уничтожили до двух тысяч солдат и офицеров противника. Потери отряда составили 18 человек убитыми и 45 ранеными.

 

За героизм, проявленный личным составом отряда в боях с немецко-фашистскими захватчиками, отряд был награжден орденом Красного Знамени.


~~~


«Стремительным контрударом наши войска вновь овладели Перемышлём».
Из сообщения Совинформбюро от 25 июня 1941 года


«Город Перемышль до 20.00 26 июня был в наших руках».

Из боевого донесения

 


Участок границы по реке Сан охранял 92-й Перемышльский пограничный отряд. Командовал им подполковник Яков Иосифович Тарутин, а заместителем начальника отряда по политической части был батальонный комиссар Григорий Васильевич Уткин. В Перемышле размещался штаб отряда, а также штаб и штабные подразделения 99-й стрелковой дивизии, которой командовал полковник Николай Иванович Дементьев.

 

Начальник 14-й пограничной заставы, охранявший границу по реке Сан в черте города, Александр Николаевич Патарыкин рассказывает, что в ночь с 21 на 22 июня 1941 года на его участке прошли два поезда: один наш, с нефтью — на немецкую сторону, другой, из Германии, с углем — в СССР. Примерно в 3 часа утра проследовал еще один наш поезд с нефтью.

 

«Затем на нашу сторону должен был пройти встречный немецкий эшелон с углем. Но когда он стал подходить к нашей контрольной будке, часовой насторожился: почему-то паровоз шел не впереди состава, а сзади. И вагоны были не стандартные, как обычно, а немного выше. Боец решил остановить поезд и дал предупредительный выстрел в воздух. Но ему ответили автоматной очередью. Пули попали в будку, где находилось еще двое бойцов из нашего взвода охраны. Одного из них убило, другой не растерялся, выскочил с пулеметом, залег и стал стрелять по эшелону. Тут еще бойцы подоспели, тоже открыли огонь. Поезд попятился, и когда вагоны были уже на правом берегу, то борта откинулись, и на землю начали съезжать танкетки с солдатами. Вот тебе и «уголь»...


Это была первая попытка немцев прорваться в советскую часть Перемышля. Она окончилась неудачей. Тогда они стали готовиться к наступлению широким фронтом.

 

В 4 часа немецкие войска обрушили артиллерийский огонь по штабу отряда, комендатурам, заставам и дорогам, ведущим в тыл. В первые же минуты боя связь со штабом округа и комендатурами была прервана. После четырехчасового артиллерийского обстрела противник перешел в наступление, пытаясь форсировать реку Сан.

Гитлеровское командование стремилось как можно быстрее выйти на Львовское шоссе, связывавшее Перемышль со Львовом.

 

Решить эту задачу с ходу фашистам не удалось. Только к 10 часам утра отдельные группы врага сумели переправиться на наш берег, но силами штабных подразделений и комендатуры часть их была уничтожена, часть отброшена за линию государственной границы.

Уже в первые минуты нападения гитлеровцы на себе испытали, как мастерски владеют оружием советские пограничники, как стойко сражаются за каждую пядь земли. Первые попытки фашистов прорваться в Перемышль обошлись им в 300 человек убитыми и 600 ранеными. На заставах погибло 16 бойцов.

 

Жестокий бой завязался на мосту через Сан, который обороняла группа пограничников 14-й заставы во главе с помощником начальника заставы лейтенантом П. С. Нечаевым.

Рота противника при поддержке артиллерии ринулась на мост. И первая, и все последующие атаки были отбиты с большими потерями для врага. Лишь введя в бой автоматчиков, противнику удалось прорваться к мосту. Из всей группы в живых остался только лейтенант Нечаев. Подпустив гитлеровцев, он взорвал последние оставшиеся гранаты. Дорого заплатили фашисты за смерть командира-пограничника.

 

До 12 часов отряд своими силами удерживал государственную границу. Лишь получив приказ начальника войск отойти за боевые порядки частей 99-й дивизии, отряд оставил Перемышль и в составе штаба и 4-й комендатуры сосредоточился в селе Ниженковичи. Сюда же подтянулись 2, 3 и 5-я комендатуры.

 

Вечером 22 июня на командном пункте 99-й стрелковой дивизии состоялось совещание, которое проводил командир 8-го стрелкового корпуса генерал-лейтенант М. Г. Снегов. Заслушав доклад полковника Дементьева и подполковника Тарутина, командир корпуса принял решение отбить Перемышль. Эта задача возлагалась на пограничников и подразделения 99-й стрелковой дивизии.

Подполковник Тарутин сформировал сводный батальон под командованием старшего лейтенанта Г. С. Поливоды, его заместителем по политической части был назначен политрук А. А. Тарасенков. Батальон состоял из 215 бойцов и командиров, имел 4 станковых и 6 ручных пулеметов, в него входил личный состав 4-й комендатуры. Для поддержки была выделена артиллерия 61-го артполка 99-й стрелковой дивизии, пулеметная и противотанковая роты.

 

Контратака началась в 9 часов утра 23 июня. После ожесточенных боев на подступах к городу пограничники ворвались в Перемышль. «Гитлеровцы отчаянно сопротивлялись, — говорится в очерке по истории войск Западного пограничного округа. — Особенно укрепились они на площади Пяти углов — как раз на том направлении, где наступал батальон старшего лейтенанта Поливоды. Из окон четырехэтажного дома, как из амбразур, били пулеметы. Сметая на пути вражеские группы, пограничники приближались к дому. В здание ворвался комсомолец Щербицкий. На него набросились два гитлеровца. Пограничник сразил их автоматной очередью. В одной из комнат второго этажа оказался пулеметный расчет. Щербицкий ударом приклада свалил одного немца, второго выбросил в окно. В это время старшина Мальков, очищая подвалы, уничтожил гранатами засевших там гитлеровцев.

Группа лейтенанта Сидорова окружила немцев в ресторане, в котором те отмечали уже «победу», и уничтожила их».

 

Большую помощь сводному отряду Поливоды оказали пограничники, не сумевшие накануне отойти с отрядом. В этой обстановке они заняли огневую точку, где были установлены станковые пулеметы, и сдерживали натиск фашистов.

Плечом к плечу с пограничниками и воинами 99-й стрелковой дивизии сражалась боевая группа партийного актива города во главе с секретарем горкома ВКП(б) Перемышля П. В. Орленко.

К 17 часам 23 июня совместными усилиями враг был выбит из Перемышля, потеряв до 300 своих солдат и офицеров. Город был освобожден, над ним снова реяло Красное знамя. Спасены были и не успевшие эвакуироваться семьи комсостава.

 

В Перемышле была восстановлена Советская власть. Старший лейтенант Поливода был назначен начальником гарнизона и военным комендантом города.

 

Разгоряченные боем пограничники и бойцы 99-й стрелковой дивизии, отбросив фашистов за реку Сан, были полны решимости продолжать преследование и громить врага на его территории. Однако командование не пошло на это. Слишком далеко продвинулись фашисты на флангах 99-й стрелковой дивизии, и это могло привести к окружению Перемышля. И тем не менее захват Перемышля сыграл важную роль в первые дни войны. Успешные наступательные боевые действия наших войск показали, что немецко-фашистских захватчиков можно бить, и не только бить, но и изгонять с нашей территории, что «непобедимая» армия третьего рейха на деле не такая уж непобедимая. Это значительно повышало моральный дух советских воинов. Разгром гитлеровцев в Перемышле и его освобождение справедливо расценивались советскими людьми как символ грядущей Победы.

 

Сводный батальон пограничников и две роты 99-й стрелковой дивизии, отражая атаки противника, удерживали город до вечера 27 июня. Упорная оборона Перемышля дала возможность эвакуировать часть жителей, вывезти государственное имущество, ценности Госбанка.

Отдавая дань уважения павшим защитникам границы и города, старший лейтенант Поливода организовал похороны. Недалеко от памятника Мицкевичу на старинной площади вырыли братскую могилу. Около 40 погибших пограничников, бойцов Красной Армии и гражданских лиц провожали в последний путь гарнизон Перемышля и его жители.

Получив приказ об отходе, старший лейтенант Поливода приказал взорвать мост и с боем отошел на новый рубеж.

 

Упорные бои с превосходящими силами врага вели и другие подразделения 92-го погранотряда, много имен героев сохранила история. В их числе лейтенант Н. С. Слю-сарев, капитан Н. Д. Столетний, капитан В. Ф. Барынин, лейтенанты Н. М. Васильев, Смагин, Науменко, младшие политруки А. М. Федоров, И. Н. Чернявский, пулеметчик Кузнецов, снайпер Латышев... Много имен. Большинство их — на обелисках и памятниках, установленных там, где защищали герои родную землю.

В боях на границе на участке 92-го Перемышльского отряда противник потерял убитыми и ранеными около пяти тысяч солдат и офицеров. Но и отряд понес большие потери: 706 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести.



На форуме

Пожалуйста, сделайте папку кэша доступной для записи.

Похожие статьи

   
|
Суббота, 03. Декабрь 2016 || Designed by: LernVid.com |
Яндекс.Метрика